Агрессия

– Черт, Ринальдо, я так испугался, – красная от пота и возбуждения медсестра уставилась не его руку, с которой капала кровь. – А это действительно ты? – она внимательно всмотрелась в стоящего перед ней человека.

– Прекрати, придуриваться, Джованни, – мужчина отбросил лезвие и отвесил освободившейся рукой медсестре оплеуху. – Лучше найди, чем перевязать рану.

– Да, мой господин, – медсестра, схватила висевшее рядом полотенце и, без труда разорвав его на полоски, стала бинтовать руку под пристальным взглядом своего повелителя.

Марина пошатываясь встала с земли. Рядом с ней лежал человек, спасший ей жизнь. Он застонал и то же стал подниматься. Женщина подошла к краю отвесной стены и посмотрела вниз. На месте мусорных мешков горели покореженные останки машины. Было очевидно, что пассажир и водитель погибли на месте, врезавшись в бетонную стену.

– Первый раз вижу преследователей, совершающих самоубийство, чтобы убить жертву – пробормотала Марина.

– Вы в порядке, госпожа? – раздался голос.

Марина обернулась и увидела силуэт довольно высокого мужчины.

– Спасибо, что помогли, – сказала она.

– Мой долг защищать вас, – ответил человек. – Нам лучше вернуться к костру.

– Вернуться? – переспросила Марина. Но тем не менее двинулась следом за высоким человеком.

– Если он хотел заманить ее в ловушку, то зачем было ее спасать? – логично рассудила она.

Только подойдя к костру, Марина поняла, где находится. Это была городская свалка рядом с больницей.

Как там сказал Генка? Черная дыра? Марина устало опустилась у костра и огляделась. Недалеко в куче коробок дремал бомж. Мужчина, спасший ей жизнь, сел рядом и огляделся. Было видно, что он провел на свалке не один день. Всклокоченные волосы, поросшие щетиной щеки, мятый засаленный костюм. И все-таки что-то в нем было не так. Упрямо сжатые губы, волевой подбородок. Жесткий взгляд. Все говорило о том, что этот мужчина готов в любую минуту отразить нападение. Журналистка задумалась. Уж больно знакомым ей показалось его лицо.

– Что-то ищете? – спросила она, нарушая затянувшееся молчание.

– Не могу понять, где я оказался? – процедил мужчина и нахмурился. – И вас госпожа, я не знаю. Хотя сначала мне показалось, что вы имена та, кого я поклялся защищать. Разрешите представиться. Граф Бриан де Лузиньян, потомок иерусалимского короля. Он встал и церемонно раскланялся.

Марина почувствовала, как у нее засосало под ложечкой. Еще один псих.