В тени твоих крыльев. Книга 1

Если захочет прогуляться, прокати по городу. Но не настаивай, у неё был тяжёлый день.

– Будет сделано, командир!

Оля наконец-то улыбнулась.

– Всё хорошо, я справляюсь. Спасибо.

«Справляется она», – недовольно подумал Лэйнар и посмотрел на непоправимо растянувшийся гриб. Самого её слезами чуть не разорвало, как этот арагв. И ведь так же хорошо было жить одному!

– Идите, удачных полётов, – сказал он и отвернулся, показывая, что разговор окончен.

* * *

Он обнял меня, и я внезапно успокоилась.

– Не трогайте меня!

А затем внезапно появилась она, Дава Мирана. Сбежала по лестнице, как аллегория позитива и надёжности, понравилась мне мгновенно. Крепкая, будто отлитая из светлой бронзы девушка европейского вида с короткими, едва прикрывающим уши тёмными волнистыми волосами. Приятные черты, серые глаза, розовые губы, румянец во всю щёку, и так много уверенности в каждом движении.

– А где ваши крылья? – робко спросила я у неё, когда Лэйнар вышел из зала, плотно закрыв за собой дверь.

– Я не лаэр, я человек, – рассмеялась Дава Мирана.

– Боже, вы – человек! Какое счастье! – воскликнула я, глядя во все глаза.

– В Аэранхе много людей.

– И это замечательно! Вы даже не представляете, как я вам рада! Уже думала, что с ума сойду в той комнате одна, без возможности общения.

– Хорошо-хорошо, – кивнула Дава с изумлением взглянув на двери второго этажа. – Командир не зря меня вызывал. Поразительно, что ему дали такое задание в «День судьбы».

– Что такое «День судьбы»? – спросила я.

Дава Мирана рассказала мне про предсказания Оракула в двадцать восьмой день рождения каждому жителю Аэранха.

– Значит, у командира Раммы день рождения сегодня? – Я почувствовала неловкость.

– Это второстепенное. Главное то, что в этот день говорит Оракул, посланник Великого Света для тебя одного. Потом по традиции даётся время обдумать судьбу, принять и идти дальше. Мы все в отряде были в шоке, узнав, что командира призвали вместо отдыха на дежурство.

«То что сказал Оракул? То есть судьба Лэйнара – мной заниматься? Ничего себе поворот!» – моргнула я, но вслух проговорила:

– Но потом его отпустили.