Судьба принцессы

Глядя на его спешно удаляющуюся спину, я остыла и подумала, вдруг жених наоборот не хотел лишний раз меня травмировать своим видом и присутствием? Хотя, что за глупости! Если мне его рожу до конца жизни терпеть, то какая разница? Лишь бы Айрену не влетело от грозного господина, Серый ни в чем не виноват.

Вскоре от группы огненных отделилась высокая, подтянутая фигура в черных брюках, алой жилетке и белоснежной рубашке, и направилась к нам. Я нервно сглотнула, мгновенно теряя былую увереность.

– Леди Ремильда Кайль, – это был не вопрос. Голос у лорда Дэниса был звучный, громкий, выразительный. Довольно приятного тембра. Короткие прямые каштановые волосы. А вот шрам, о котором было столько разговоров… Я постаралась максимально сохранить лицо, когда подавала свою руку для поцелуя.

Шрам выглядел ужасно. Двойное магическое повреждение, крест накрест, около десяти лет назад.

И тут я внезапно поняла, что смотрю на него совсем не как на своего жениха, и тем более не как на калеку, от которого обычно отводят глаза, стараясь смотреть куда угодно, но не на него, а изучающе и с интересом.

Казалось, лорд Дэнис был удивлен моей реакцией. Но лишь на долю секунды. В следующее мгновение он выдал:

– Мой помощник передал, что вы имели неосторожность усомниться в моем умении писать и танцевать, – казалось, в его голосе появились угрожающие нотки.

– А как иначе объяснить тот факт, что все прочие кавалеры вписывали свои имена лично? Или я настолько плохо выгляжу, что Вы не решились подойти прежде, чем начнутся танцы, стараясь оттянуть неприятный момент? – я смотрела прямо на него, с вызовом и стараясь выглядеть максимально уверенной в себе.

В единственном глазу на мгновение будто загорелась озорная искорка.

– И мыслей таких не было, леди Ремильда, – в его голосе появились бархатистые интонации. – И чтобы доказать Вам свое расположение, я лично впишу свое имя в Вашу бальную книжку. Вы позволите?

Судя по хитрой улыбке, исказившей его лицо, лорд явно что-то задумал, но причин отказать ему у меня уже не было, поэтому книжка перекочевала в его руки.