Сын Кардинала

Хорошенько подумай, о чем будешь разговаривать с девушкой, чтоб не вызвать подозрений. Побольше лести, аккуратных прикосновений и она тебе расскажет все, что знает. А я займусь освобождением графа.

***

Карлос устроился на грубой, деревянной лавке в тюремной камере. Парень спокойно отдыхал, уставившись в засиженный мухами потолок.

Проведя в камере более трёх часов, его никто не посещал, как вдруг лязгнул открывающийся замок. Граф поднялся.

– Пройдем с нами, – грубо рявкнул страж.

Через несколько минут Карлоса ввели в небольшую комнату, где было два табурета и небольшой стол.

Де Бристо присел, громко звякнув цепями наручников, положив руки на стол. Толстяк с отвращением посмотрел на подозреваемого.

– Как же вы, граф, докатились до такого, что стали убивать людей не только на дуэлях, но и в тавернах.

– С кем имею честь говорить? – улыбнулся Карлос.

– Главный дознаватель его величества короля Филиппа, Эмилио Хименес, – гордо изрек мужчина. – Я уполномочен вести расследования по вашим безбожным, аморальным поступкам. Только от меня зависит, сгниёте вы за стенами темницы или отправитесь на каторгу.

– То есть, у меня выбор не велик? – усмехнулся граф. – Либо в темницу, либо на каторгу?

– А как вы думали? – удивился дознаватель. – Вы убиваете людей. Да не простых, а высокородных сынов королевства Спаники. Эти обстоятельства заинтересовали самого короля, – поднял палец вверх Эмилио.

– Мной сам король заинтересовался? Так это же замечательно, – издевался Карлос.

– Да, но это не тот интерес, которым стоит гордиться, – не замечая издевательства графа, произнес толстяк. – Вы, граф, убили пять человек в этом году…

– Шесть, – хладнокровно уточнил Карлос.

Толстяк посмотрел на бумаги: – Шесть. Вы совершенно правы. А в прошлом году – двоих. Вот это безумие и заинтересовало короля.

– Но это все убийства происходили по закону.

– Да. И они все здесь, – хлопнул ладонью по бумагам дознаватель. – Но вы сегодня убили человека в таверне. На глазах у кучи свидетелей. И все они утверждают, что это была не дуэль, а хладнокровное убийство.

– Я защищал себя и своих близких. Вы лучше допросите того парня, который покушался на меня. Спросите у моего раненного друга, кто начал стрельбу.