Без чести. 2 часть

А вот тебе вообще кранты, со зверями драться будешь.

Он вдруг перестал смеяться и уставился на Бату.

– А я всё голову ломал, что за советник предал королевство, а это ты. Есть всё-таки боги, есть.

– Ладно. Ты потише с выражениями, – пригрозил пленный. – Если ты болван, который из-за бутылки вина умудрился службу потерять, то я здесь не причём. Хорошо хоть меня не выдал.

– Не того воспитания я, чтоб людей сдавать, даже врагов королевства.

– Вот это правильные слова, уважаю, – протянул руку новоявленный гладиатор.

Парень ответил рукопожатием.

– Да что мне от твоего уважения? До конца жизни здесь буду ошмётки убирать.

– А вот тут ты ошибаешься. Может быть, и до конца жизни будешь здесь, но можно смягчить твое существование, – хитро прищурился Бату.

– Это же как? Как в этой дыре можно себя чувствовать лучше?

– С монетами в кармане, думаю, неплохо себя чувствовать в любом месте.

– Тут ты прав, советник-предатель. Но где их взять? Монеты то.

– Я знаю, что у вас делают ставки на бои.

– Ты предлагаешь поставить на тебя?

– Именно.

– Ах-ха-ха, – в лицо рассмеялся Хусейн. – Кто же на тебя поставит? Ты же обычный советник. Перо, чернила, бумага – твоё, но не меч.

Бату спокойно выдержал издевательства парня, и когда тот замолчал, сказал: – Ты помнишь, как я уделал железного рыцаря?

– Помню, – кивнул Хусейн.

– Неплохо для советника, да?

– Согласен.

– Вот поставь на меня, и будут деньги у тебя.

Хусейн задумался.

– Хорошо. Что тебе из этого? Половину?

– Нет.

– Пугать не надо. Пуганый. Не обману. Поверь.

– Вот и хорошо.

Они снова пожали друг другу руки.

– Ну что, пойду делать ставки. Через час твой выход. Так что готовься.

***

Бату шёл по длинному тёмному коридору, ведущему к арене театра. Кожаные латы туго сжимали тело, затрудняя дыхание. Великоватый железный шлем болтался на голове. Ржавый с зазубринами меч неудобно лежал в ладони. "Сколько же этот меч увидел смертей?" – почему-то думал Бату, идя к свету, тарахтя погнутым круглым щитом.

– "Встречайте! Предатель королевства. Личный враг её Величества принцессы Силлады победительницы. Волк в овечьей шкуре. Лазутчик Леших и просто мерзкий, подлый, без чести и жалости. Бесчестный Бату", – рвал горло, крича во всеуслышание мужчина, стоящий посреди арены.

Бату вышел на свет, ступив на песок "кровавой арены". Тут же в него полетели куски еды и гнилых овощей с фруктами.