Слава Империи

– Это что, достаточный повод, чтоб предаваться безбожным увеселениям? Чтобы пить на службе?

– Мы сейчас не на…

– Молчать! Мои люди всегда на службе. А теперь попробуйте хотя бы изобразить профессионалов. Расставить охрану на ночь. Корчмарь, мне комнату, немного воды и хлеба. Завтра выступаем на рассвете, и лучше будет, если от вас не будет разить спиртным.

Явно перепуганный корчмарь двинулся к лестнице, чтоб провести нового гостя в комнату.

– Ну вот и все, веселье кончилось, – резюмировал Старик. – Паленый, расставь стражу, остальные наверх, через минуту чтоб все у меня спали.

Псы мгновенно начали покидать зал. Логан и Дефрим подошли к Годвину.

– Раз уж мы тут, то ручаюсь, что Тихий мог бы незаметно перерезать горло этому скелету, – негромко сказал Клиф. – Думаю даже, что Псы не слишком бы расстроились.

– Не наша война, – сказал Рыцарь. – Не наша война, не наша проблема.

* * *

Священник носил изрядно потрепанную, неоднократно заштопанную ризу. Когда-то она явно была белой, но на текущий момент цветом напоминала смесь грязи и травы.

– Господь с вами, – приветствовал священник всадников, хотя по нему было видно, что больше всего он хотел бы сбежать.

– И с тобой, – успокаивающим тоном ответил Годвин. – Не бойтесь, мы не бандиты.

– Это хорошо, а то у меня как раз нет ничего, что можно было бы украсть.

– Дети твои? – с усмешкой спросил Дефрим.

– Ой, сейчас я уже даже Господа боюсь. Нет, это, к сожалению, сироты. Дети войны.

– Как всегда, – заметил Годвин. – Куда везете их, святой отец?

– У нас тут приют недалеко, на реке, полдня дороги отсюда. Но боюсь, что там тоже беда, и грабить там тоже нечего.

– Я же сказал, что мы не бандиты.

– Я и не спорю, просто сообщаю факты.

– А лодка у вас там есть? – спросила Логан.

– Есть, да. Небольшая, правда, но нам хватает.

Рыцарь и Дама переглянулись.

– А мы могли бы купить у вас эту лодку? В обмен на четырех коней и немного золота?

– Ах, господин, нам это золото нужно как слепому книжка, – ответил священник. – Но вот если у вас есть еда или…

– У нас есть сухой паек, из расчета на неделю для четверых, – прервал его Годвин. – И мы добавим золота, чтоб купить еще еды и одежды, когда война закончится.

– Да уж мы каждый день молимся за ее окончание, – заверил священник.