Субстанция

Уходите отсюда и позвольте мне разобраться со всей этой пакостью самому.

С минуту капитан Федотов задумчиво молчал, поглядывая на Уланова, затем произнёс:

– Знаешь ли ты, кто мы? Думаешь, мы простые солдаты, Матвей? – усмехнувшись, он покачал головой. – Нет, мы не солдаты и не спецназ. Мы – взвод бравых ребят, которым надоело быть в подчинении, и нам не по нутру дисциплина, закон и порядок. Напротив, анархия и террор – вот то, что нам надо! В данном случае чутьё меня подвело, и моя ошибка лишь в том, что я ввёл своё ополчение в этот потерянный городишко, где нет ничего, кроме стаи ворон и одного полоумного библиотекаря, который так любит рассказывать байки.

– Здесь есть ещё кое-что, кроме стаи ворон и, конечно, меня. Хотя ограбить город вам и не удастся.

Явно задетый этим замечанием, капитан резко вскочил с места и закричал:

– Всё, что нам надо, ничтожество, это золото, золото, а всё остальное можешь оставить себе! Всё, что здесь есть – это кладбище протяжённостью в километр и ни одной живой души, кроме тебя, а уж кто ты сам, мы не знаем: либо ты чокнутый маньяк и тогда ты можешь нам пригодиться, либо ты – просто тихо помешанный неудачник, и тогда нам с тобой не по пути.

Матвей внезапно понял, что совершенно бессилен что-либо предпринять. Он знал теперь только то, что в город вошла армия мародёров, насильников и убийц, и власть останется за ними до тех пор, пока все они не исчезнут, не сгинут без следа подобно невидимкам, с которыми ему пришлось недавно столкнуться.

Глядя в разъярённое лицо капитана, он лишь спокойно и беззлобно улыбнулся, и это было всё, на что у него хватило внутренних сил. Однако это был вызов.

– Расстрелять! – приказал капитан, и Матвея в один момент с силой вытолкнули из вертолёта. – Прямо здесь, на площади, – крикнул он ему вдогонку. – Я хочу видеть, как из него сделают решето!

Сильный дождь хлестал Матвея по лицу, когда он обернулся, чтобы увидеть тех, кто собирался его расстреливать. Несколько высоких фигур в камуфляже направили на него стволы автоматов, как вдруг между ними и библиотекарем промелькнул призрачный силуэт.