Сказки о страшном

– Спёр, – коротко ответил Дэвид, снова затягиваясь и закрыв от наслаждения глаза. Данте уставился в ту же точку в пространстве, что и прежде. Дэвид нравился ему всё меньше.

неужели мне придётся жить с ним? циничный сумасшедший ублюдок

Дэвид отшвырнул сигарету и бросился к кровати так быстро, что Данте не успел испугаться.

– Да сколько ты будешь мучить это покрывало?! – рявкнул Дэвид, выпутывая из его пальцев скомканную ткань. Данте ошалело отнял руки от чуть прохладных пальцев Дэвида, на губах которого играла лёгкая усмешка.

Теперь их лица разделяло очень маленькое расстояние, и Дэвид жадно разглядывал его. Данте сам не понял, как ему в голову пришло произнести свою мысль-вопрос вслух:

– Ты гей?

Дэвид рассмеялся в голос, запрокинув голову. Он так и стоял на одном колене, обе руки на смятом покрывале у рук Данте. Отсмеявшись, он посмотрел в глаза Данте, чуть прищурившись.

– Что это, по-твоему, значит?

– Ну… геи – это… – Данте с лёгкой паникой понял, что краснеет.

– Геи – это мальчики, которые трахают мальчиков, – закончил за него Дэвид. – А я, малыш, могу трахать всё, что шевелится, и получать от этого колоссальное удовольствие. Особенно это удовольствие усиливает крепкий алкоголь, косячок марихуаны или хорошая музыка.

Договорив, он приподнялся и быстро лизнул сомкнутые губы юноши, отчего тот отпрянул, захлопав глазами.

– Ммм, ванильный блеск для губ. Вкусно, – Дэвид прикрыл глаза от удовольствия, смакуя на губах вкус Данте.

Затем он ещё раз потянулся и успел украсть мимолётный поцелуй прежде чем

у него чувственные губы о боже я не должен целоваться с парнем

Данте вновь оттолкнул его от себя. Всё выглядело так, будто Дэвид просто играет. На самом деле он с огромным интересом исследовал их необычную связь. Ещё во время первого поцелуя он заметил, что его чувства обостряются, когда его губы соприкасаются с губами этого странного юноши. Возможно, хозяйка подарила им часть сияния, одну на двоих, и только в слиянии она проявлялась в полной мере.

Сейчас сияние было им обоим ни к чему, так что истинные мотивы его поведения лежали

какой милый мальчик

совсем на поверхности.

Руки Данте продолжали упираться в грудь Дэвида, и тот положил свои ладони поверх его.

– Ты весь такой правильный, Данте де Феличе?

Юноша сглотнул, а Дэвид отнял его руки от своей груди и развёл их в стороны, затем упал на него всем телом.