Старатель. Книга 1

Если финансово всё это и было не особенно обременительно, то вот физически, эти занятия, выматывали меня в ноль.

Как я подозреваю, в корне всего этого – я и про спорт, и про здоровое питание, в основе всего этого лежал страх остаться одному.

Да, Бродяга, гордо рассуждавший о превосходстве электронных форм жизни над биологическими, жутко, до дрожи, если так можно сказать о машине, боялся остаться один. Вплоть до того, что он куда как благосклоннее относился к приводимым на борт девкам, нежели к тем моментам, когда я пользовался подобными услугами в специализированных заведениях.

Вот такая загогулина электронного сознания.

Впрочем – тут были и плюсы. Я быс совершенно уверен, что и еда, и закуски, и выпивка – всё это будет загружено на борт так, что холодильники со стазис-камерами будут просто трещать по швам, сжирая массу энергии на исполнение своих задач.

Чёрт!

Я вновь отвлёкся – приношу свои извинения и немедленно перехожу к более важной части.

Дверь в кабинет брата Тодда скользнула в стену едва я поднёс руку к сенсору звонка. О как! Прежде мне приходилось стучать – сенсор был дохлым уже пару месяцев, а мои предложения по его замене, начальник отметал прочь, ехидно замечая, что те, кому надо постучат, не развалятся, ну а коли мозгов на постучать не хватает и очередной проситель тупо машет лапкой у сенсора, так и нечего на подобную жертву эволюции время тратить.

– Починили? – Зайдя внутрь кланяюсь, придерживая полы инквизиторского плаща.

– Да был тут один грешник, – не поднимая головы Тодд кивает на стулья, стоящие вдоль переговорного стола: – Не спрашивая меня починил. Там ерунда какая-то была. Контакт отошёл.

– Вы его того? – распустив завязки плаща, вешаю его на крюк у двери – как он не хорош, плащ, то есть, но – хватит! Больше я его не надену: – Грешника? Сожгли?

– Аутодафе? – Наконец он поднимает голову и мне становятся видны даже не серые, иссиня-чёрные круги под его глазами.

Ого!

Никогда прежде ни видел его настолько измотанным.

Эти круги, красное, что блестящее от пота лицо и, венчая образ до смерти вымотанного человека – сверкающий от масла череп.

Кто, какая сволочь, сказала Тодду, что его череп имеет идеальные формы – не знаю. Знал бы – убил на месте. Как по мне, то короткий седой ёжик шёл ему куда как больше.