Война

Вся разница между нами всего года три, максимум четыре, это если по календарю считать. И семь-восемь, если Каторгу зачесть.

– Поел? – Я протянул руку за пустыми тарелками.

– Спасибо большое, было очень вкусно. – Он встал и повернулся к двери: – Спасибо, я пойду тогда?

– Пошли, – я закинул тарелки в уничтожитель и двинулся за ним: – Стой, ты это куда? – Окликнул я Сергея, увидев, что он развернулся в сторону выхода.

– Нам в рубку.

– В рубку?

– Ты же работу ищешь, да? Вот и обсудим.

Перед входом в рубку он снова замялся.

– Ты чего? – Я распахнул дверь и перешагнул комингс.

– Мне бы это…. В туалет.

– Иди, буду в рубке.

– А где он тут?

– Прямо по осевому, напротив выходного шлюза. И чему вас в Академиях учат?!

– Так там табличка «Склад строительных материалов»?!

– Кирпичи я там откладываю. Шутка. Иди уже.

Сергей бодрой рысцой унёсся по коридору, и я только хмыкнул ему в спину – табличку я честно упёр на какой-то Станции месяца два назад и долго мучился – зачем? Мучился, пока не прилепил её на дверь туалетного отсека.

Когда Сергей вернулся я уже сидел в своём кресле, закинув ноги на обесточенный пульт и наблюдал как ремонтники полируют восстановленную броню.

– Успешно?

– Что? Ах, это. Да, спасибо! У вас там даже душ есть!

– А то! Ладно. Садись в кресло второго пилота.

Дождавшись, когда он усядется, правда сел он на самый краешек, я снял ноги с края консоли и развернулся к нему:

– Тебе нужна работа.

Сергей кивнул.

– Но опыта, я про реальный – боевой, у тебя нет.

– Нет.

– Но, ты хочешь летать.

– Очень хочу.

– Тогда я могу предложить тебе два варианта.

– Согласен на оба! – торопливо выпалил он и я поморщился. Господи! Неужели и я был таким?

– Дослушай сначала.

Он кивнул и замер, напряжённо глядя на меня.

– Первый вариант. Я дам тебе денег. Миллион хочешь? И мы расстаёмся. Где выход знаешь.

– Второй вариант. Я беру тебя оператором Кондора. Отдельная каюта, питание общее, оплата… – Тут я прищурился и старательно шевеля губами изобразил видимость напряжённых расчётов:

– Оплата – пять… Эх, ладно! Десять процентов от сбитых целей, если, конечно, нам за них кто-то заплатит. – Тут я снова замолк, но парень сидел как изваяние.