Братство: Возрождение

– Уважаемые пассажиры! Наш катер совершил посадку на поверхности чёрт-его-знает-какой планеты, – подражая капитану пассажирского транспорта проговорил я, отстёгивая ремни: – Просьба оставаться на своих местах до… Эээ… Ладно. Можете не оставаться.

– Смешно, – Жвалг пристёгнут не был и уже стоял около правого иллюминатора, вглядываясь в пыльную взвесь снаружи.

– Ерунда какая-то, – я постучал пальцами по стеклу иллюминатора, за которым продолжали клубиться пылевые вихри: – Мы уже минут пять, как сели, а всё никак не уляжется.

За время, прошедшее с момента посадки мы не только успели натянуть лёгкие скафандры, но и перекурить. Перекуривал я, Док, понимая, что говорить о перерасходе воздуха бессмысленно – у нас на борту был недельный запас воздушной смеси, прочитал мне лекцию о вреде курения и попытался запугать меня примерами из своей практики, упирая на красочные детали несомненно ожидавшей меня смерти. Впустую – докурив первую, я подошёл к иллюминатору и, когда я задавал свой вопрос, в моих пальцах уже была зажата вторая сигарета.

– Хм… – споткнувшись на середине своего повествования о том, как я буду выхаркивать куски прокуренных лёгких, Жвалг недовольно вздохнул: – Сэм! Я, между прочим, о твоём здоровье забочусь! А ты?

– А что я? – я снова постучал в стекло, будто неслышный снаружи стук мог испугать и разогнать танцующие снаружи пылинки: – Мы тут не ради лекций о здоровом образе жизни, так, Док? Сидим… Сидим… Не, твои рассказы, они, да – интересны, особенно эти… Эфимизмы, но…

– Эфиземы.

– Ага и они тоже. Но меня больше беспокоят не они – а вот эта чертовщина. Там же вакуум, да?

– Угу, – он бросил короткий взгляд на газоанализатор, чья шкала продолжала оставаться мёртвой.

– И гравитация тут – практически стандарт. Почти единица. Так чего они не падают?!

– Не хотят, и ты не хочешь.

– Чего я не хочу?

– Курить, – он показал глазами на сигарету: – Сейчас я тебе про импотенцию расскажу.

Что именно «это» я не услышал – пылевая взвесь, всё это время закручивавшая спирали за иллюминатором, вдруг замерла, просто зависнув в пустоте, а затем так же дружно, словно каждая из них была солдатом, получившим команду «ложись», рухнула вниз, открывая перед нашими идеально чистое пространство.