Каторжник

Спустя полчаса споров я был на поверхности планеты и провожал взглядом набиравшего высоту штурмовика. Всё же это красивое зрелище – стартующий с поверхности корабль. Вот маневровые движки выдали длинный импульс и корпус, вздрогнув, начал медленно подниматься вверх, окутываясь клубами поднятой пыли. По мере подъёма нос корабля начал подниматься вверх, дрогнули и поползли внутрь корпуса посадочные опоры, вот корабль как бы замер, что бы в следующий миг исторгнуть из кормовых дюз длинный хвост выхлопа и рвануть стрелой вверх.

Красивое, завораживающее зрелище. Я вздохнул и перевёл взгляд вперёд, туда, где в паре километрах от меня стояла выбранная нами на роль первой цели турель защиты периметра.

Александер долго не соглашался на мой план. Ему крайне не хотелось подставлять корабль и свою тушку под огонь оборонительных систем тюрьмы. Но я был настойчив и в конце концов он был вынужден сдаться. Он высадил меня за пару километров от цели и занял свою позицию надо мной, выжидая условленного сигнала.

Я выжал газ и Скарабей покатил к цели, постепенно набирая скорость.

На одном километре от турельки бортовой комп высветил стандартное предупреждение – типа «Внимание! Вы въезжаете на охраняемую территорию!». Игнорирую его и двигаю дальше. На восьми сотнях меня вызвал пост охраны.

– Неопознанный Скарабей! Остановитесь! Вы находитесь на территории особо охраняемого объекта! – Раздался спокойный голос в моём шлеме.

– Я не неопознанный! Я представитель службы дальней геологоразведки! Проверьте по вашей базе.

 – В этом направлении я мог врать сколь угодно долго. Скарабей, как и штурмовик, действительно принадлежали к этой структуре.

Некоторое время голос молчал – наверное меня уже просканировали и сейчас сличали полученные данный со своей базой данных.

– Хм, – отозвался голос спустя три сотни метров. – Действительно, геолог. Но это ничего не меняет. Тут нельзя ездить! Разворачивайтесь!

Я отвоевал ещё пятьдесят метров.

– Мужики! – Взмолился я. – Это вам хорошо, вы на окладе.

А я? Что накопаю – с того и живу. А у вас тут, под носом, метеорит валяется. Металлический! А в нём всякое может быть.

– Нельзя! Отворачивай! Не то огонь откроем.

– Будьте же вы людьми! Не дайте с голоду сдохнуть! И так – пол года уже из корабля не вылезаю.

– Что так? – Мне показалось, что в голосе проскочили сочувствующие нотки.

– Не прёт. Хлам один попадается. То сера, то фосфор. А кому это нужно? Мне бы Уттриума, Полония или ещё чего б редкого.