Дальние Тропы

– Раз верно, то… – убрав руку Ключник прищёлкнул пальцами: – Вуаля! Прошу!

Проём меж колоннами, чьё пространство до того, лишь изредка нарушалось редкими молниями, принялось быстро заполняться росчерками зарядов, сноровисто, словно невидимая швея принялась играть челноком, торопясь сплести тончайшее кружево. Надо сказать – работа давалась ей легко – не прошло и десятка секунд, как перед Масловым затрепетало, то надуваясь, то опадая, здоровенное, бело голубое полотно, с чьей поверхности, время от времени, срывались бледные искорки разрядов.

– И мне это… Вот туда, идти? – Покосился парень на Ключника: – А не…

– Не… – Сложивший руки на груди Павел, с гордостью смотрел на своё творение: – Не бойся. Не шарахнет.

– А Вы уверены?! – Игорь вздрогнул, когда выросшая из колышущегося полотно молния с треском лопнула, самую малость не дотянувшись до его лица.

– Иди уже, – подтолкнул его тот: – Время тикает, – кивнул он на нижний левый камень, медленно проворачивавшейся вокруг оси: – Или тебе помочь? Хорошим пинком?

– Не надо.

– Тогда сам. Давай, – подошедший Ключник мягко подтолкнул побледневшего паренька к трепещущему проёму: – Выдохни и шаг вперёд.

– А… А лететь мне долго – не задохнусь? – Повернулся было к нему Игорь, но сильный толчок в спину бросил его прямо в переплетение молний, радостно встретившее жертву целым венцом разрядов.

Высказать своё возмущение Маслов не успел – короткие разряды, на миг ошпарив его тело, словно он нырял в куст крапивы, исчезли.

По глазам резануло короткой белой вспышкой, он зажмурился, а миг спустя по его лицу, тёплой влажной рукой, мазнул лёгкий ветерок, принесший с собой густой пряный аромат и запах жаренного на костре мяса.

– Варим! Докхур де криг! Сасшум! – Мужской голос, судя по интонациям, обращался именно к нему. Выждав, наверное, для приличия, пару секунд, голос послышался вновь, но теперь, вдобавок, его обладатель, нетерпеливо постучал чем-то по его плечу: – Варим! Криг, криг!

Нерешительно приоткрыв один глаз, открывать оба было страшно, Игорь разглядел напротив себя широко улыбавшегося мужчину с явной сильной примесью южной крови.

Увидев, что гость пришёл в себя, смуглолицый, из одежды на нём была распахнутая кожаная жилетка, под которой переливались мускулы атлетического торса и короткие, чуть выше колена, кожаные шорты, широко улыбнулся – такой улыбке обзавидовались бы все кинозвёзды, и повторил, настойчиво потянув его за рукав: – Криг, кеш.