Инволюция

Вот пацаны и прозвали, ну типа Пётр первый.

– Очко иди подмой, царь хуев, – снова подал голос Мутный. – От тебя говнищем на всю хату несёт.

– Ага, я ща, за пловом посмотрите, а то пригорит, – согласился тот и выскочил в заднюю дверь.

Вскоре на печи зашкворчал казан, и по дому распространился волшебный аромат. Стало совершенно наплевать, из какого мяса он приготовлен.

Мы уже давно не ели ничего подобного, с тех самых пор, как отправились в посёлок Новая Жизнь. А наш последний рацион вообще состоял из разогретой тушёнки и её вкус уже довольно основательно стоял поперёк горла.

Ждать больше не было сил, и я втянул в ладонь несколько частиц, после чего моментально довёл блюдо до огненного состояния.

К тому моменту как раз вернулся Царь. Он всё ещё удивлённо подкинул брови, глядя на мои фокусы, несмотря на то, что и сам обладал довольно уникальным даром. Но в отличие от моих друзей, которые давно привыкли к подобного рода выходкам, ему это было в диковинку.

Он сунул руки в карманы, подхватил при помощи куртки горячий котёл и водрузил его на середину стола.

– Ой, да идите вы нахуй, – первым подскочил Мутный и навалил себе столько, что едва уместилось в тарелке.

Я последовал его примеру, а вскоре и Лена с Тоней подтянулись.

Плов летел в рты с невероятной скоростью, никто больше не сомневался во вкусовых качествах человеческого мяса. Честно говоря, вообще было странно наблюдать такое отношение от своих. Значит, пожирать души – это нормально, а есть мясо – отвратительно. Странные стереотипы в головах.

– А что это такое там было? – покончив с едой, Пётр обратился ко мне. – Ну свет этот и пото?м…

– Это про то, как ты обосрался, а после труп ебал? – моментально сориентировался Мутный.

– Я не об этом, – смутился Царь.

– Не знаю, – ответил я. – Я называю это жизненной энергией, той самой искрой, что заставляет наши туши быть теми, кто мы есть.

– Душа? – уточнил тот. – Вы что, демоны?

– Я ебу? – почему-то этот вопрос разозлил меня. – Какая вообще нахуй разница? Даже если и демоны, то ты теперь один из нас.

– Да я и не против, – пожал плечами тот. – И что теперь?

– Лично я пойду посру, – с философским выражением лица заявил Мутный и поднялся из-за стола.