По ту сторону изгороди

И тогда, между ударами сердца, услышал то, о чем говорил брат.

Сначала звук походил на шлепки рыбы о берег, но чем он становился громче, тем отчетливей различались шаги. Неуверенные, смазанные. Как будто ребенок учился ходить. А когда к шагам добавился стон, они побежали прочь из комнаты. Перепрыгивали сразу по несколько ступеней, позабыв про гнилые доски. Внизу маячил проем в подвал и Антону представлялось, что как раз в тот момент, как они поравняются с ним, как спустятся с последней ступени, из темноты высунутся сухие серые руки, пропахшие леденцами и утянут вниз.

Оказавшись на первом этаже, Антон заглянул в подвальную темноту и почувствовал нарастающий ужас, он пожирал внутренности. Двери не было, её вес не выдержала петля. Это она громыхала, падая в подвал. А шум разбудил того, кто был внизу.

Во рту пересохло, в голове звенело. Дрожащим руками Антон направил фонарик в проем.

Когда луч коснулся первой ступени, он ощутил на шеи дыхание брата.

– Ты что задумал? Надо бежать! – встревоженно говорил он.

Свет скользнул вниз, к десятой ступени, дальше фонарь не доставал.

Пусто, но шаги стали настойчивей, громче. Тот, кто поднимался желал их поймать, а потому прибавил шаг.

– Уходим! – Сашка сильно дернул за плечо, Антон подался назад, а фонарик выскользнул из руки и полетел вниз, по лестнице.

Свет плясал по стенам, ступеням и потолку, фонарик крутился, гулко бился о дерево, но не выключался.

Сашка дергал его за руку, тянул. Антон хотел скорей уйти, но в то же время хотел увидеть пуговичного человека, хотя бы краешком глаза. А потому сопротивлялся, вяло поддавался, переступал ногами и молил фонарь лететь быстрей.

Запах корицы и ванили пропитал воздух. Точно так же пахли конфеты деда, которые он держал под подушкой в пакете и время-от-времени предлагал Антону. Антон навсегда запомнил тот запах, который до сих пор чувствовал по ночам, хотя дед уже год как умер.

Сашка тянул его к выходу одной рукой, а во второй держал фонарь и нож. Луч суетливо прыгал по стенам и полу, выхватывал из темноты тени, которых раньше не было. Из всех дыр выползли крысы, встали на задние лапы, провожая не званных гостей. Только теперь вместо глаз у них были черные пуговицы.