Пути миров. Книга 3. Огни бурь

За прошедшие пятнадцать лет службы Публиция Дома вступали в военное противоборство раз тридцать, наверное. И каждый раз все выглядит примерно одинаково: трубят в боевые гора, бьют в барабаны, вздымаются ввысь боевые штандарты, легионы снимаются со своих лагерей и движутся… обычно на одни и те же точки в зависимости от того, с кем очередная «война». Если между Виталией и Ситецией, то это несколько деревень здесь, на равнине Гираро, а также парочка древних укреплений на границе с долиной Ариба. Если с Порретой – то на дуге Тибария.

С Тосой Виталия не граничит, но обычно красные танцуют под дудку желтых. Так что на Тибарии встречаются легионы Виталии и обоих южных соседей.

И что же дальше происходит? А обычно ничего – войска стоят на месте, бездельничают. Если и встречаются – то для совместной попойки. Бывает, конечно, что-то там у командиров, членов знатных семейств, взыграет, они силами парочки центурий зайдут на чужую территорию, займут одну-другую деревню, обычно в которой никого из легионов противника нет.

Один раз Публиций даже участвовал в осаде одной старой башни… Правда успели только вал вокруг нее накопать да пару раз бахнуть по старым укреплениям из катапульты. На том уже война и закончилась.

Нет, конечно, сказать, что совсем такие войны проходили без кровопролития, было бы враньем. Случалось, порой, дрались. Публиций вот пол-уха лишился во одной такой стычке. Однако в подобных ситуациях легионеры убить друга особо не пытались. Так, буцкались больше. Если командиры ярились и требовали крови, наносили друг другу несмертельные раны.

Потом, когда ничем обычно такие «битвы» не заканчивались, легионеры встречались за кружкой, виновато поглядывали друг на друга, а затем в хмелю и веселье забывали друг другу всякие обиды.

Публиций сделал заключительную затяжку, вытряхнул табачок из трубки и вернулся к своей одежде и доспехам. Правда, сегментату одевать не спешил – солнце припекало. Еще даже не полдень, а жарит будь здоров. Хотя идти до деревни, где держала «оборону» его ценутурия, было недалече, но пот семью ручьями уже сойдет к этому времени.

Легионеры обеих армий тем временем перемешались друг с другом – часть еще барахталась в речке, другая уже выползла на берег, принявшись раскурить трубки или просто загорать под солнцем. Причем что на той, что на другой стороне речки бойцы общались с «как бы врагами» будто это их самые близкие друзья. Большинство разговоров было, конечно, о Камапача-беле, а также о неких сестричках Бельтручи.