Фармакопея

– Я не сказал, что она ушла. Я сказал, что мы развелись, – ответил Юрий, подавив в себе зачатки раздражения. – Это было наше обоюдное решение. Мы решили не осложнять друг другу жизнь ложными надеждами.

– Это как-то было связано с вашими проблемами на работе?

– Нет.

– Возможно, вашей жене не нравилось, что вы ездите в командировки? Может ей просто не хватало вашего внимания?

– Нет. Просто мы были очень молоды и неопытны, когда поженились, и не смогли закрепить наши отношения на бытовом уровне, – сказал Фадеев, чувствуя что обсуждение этой темы ему все больше и больше не нравится.

– Это странно, месье Фадеев, – сказала француженка. – Ваше отсутствие из-за командировок жену не волновало, как вы говорите. Ваши карьерные сложности с начальником-абьюзером тоже. Это явно ненормальная реакция! Она означает, что у вас с самого начала были сложные и неравноценные отношения, либо там было замешано что-то или кто-то еще. Вы любили ее?

– Хм, я как будто на приеме у семейного психотерапевта из кино.

– Слава богу, молодой человек, я специалист другого уровня, и мне не приходится выслушивать бытовые драмы из семейной постели, – холодно улыбнувшись, ответила Клара. – И все же, Юрий, то что вы мне сказали, заставляет меня подозревать или скрытые психологические блоки, или сомневаться в искренности ваших слов.

– Даже так? И что же вам показалось не искренним? – спросил Фадеев, тоже придвинувшись к столу.

– Я подозреваю, что в ваших семейных отношениях были посторонние люди, – отчетливо произнесла Клара. – Возможно, вмешательство родителей. А возможно, посторонняя женщина или посторонний мужчина. Даже скорее второе. Это принесло конфликт и безразличие в семью, а так же наложило отпечаток на вашу работу, которую в итоге пришлось бросить. Если предполагать дальше, то можно сказать, что этим мужчиной, например, мог быть ваш начальник, который и испортил вам карьеру и семейную жизнь, ибо ваш рассказ о его комплексах и личной неприязни к вашей персоне, выглядит каким-то искусственным.

Такое заявление, своей наглостью и бестактностью, на мгновение оглушило Юрия. Впрочем, и не его одного.