Штурм России

Чуть правее режиссерской, в нескольких десятках метров от туалета, черная полусогнутая фигура быстрыми шагами пробиралась к грузовику. Блеснула молния, фигура резко присела, а Густав инстинктивно прижался к стенке, затаив дыхание. Глаза привыкли к полумраку, и он все прекрасно видел из своего укрытия. Докатился раскат грома. Таинственный незнакомец огляделся, скользнув глазами по приоткрытой дверце туалета, привстал и через несколько крадущихся шагов был у грузовика. Он прижался к борту и ловким движением вскочил внутрь – колыхнулись полы брезента.

Сердце эстонца учащенно билось – происходящее было явно противозаконным, но что он мог сделать? Выйти и громко окликнуть незнакомца?! Это было неосмотрительно! Вокруг ведь никого не было, кто мог бы прийти на помощь. Участники игры – в палатках на островах, основная съемочная группа – в гостинице. Еще несколько – больно даже вспоминать – в лазарете. Так что он, фактически здесь один. Нет, благоразумие было привито Сирманну с детства вместе с БЦЖ. Он оставался в туалете еще пару минут, когда брезентовое укрытие вновь распахнулось и снаружи появился неизвестный.

Все так же низко наклонясь, он быстро двинулся в сторону режиссерской, достигнув ее, повернул за угол и, вероятно, скрылся.

Густав стоял в оцепенении. Он никак не решался двинуться, намокшие кроссовки стали ледяными, куртка практически не грела – он окоченел. И только когда тело начало трястись мелкой дрожью, Сирманн оторвался от стены и сделал шаг под дождь. Вглядываясь в угол режиссерской, куда скрылась фигура, он быстро, но как можно более бесшумно, направился в свой домик, в теплое кресло к знакомым мониторам.

Утром он все выяснит, а пока…

Вновь блеснула молния, и Густав инстинктивно присел. В этот момент он как бы оказался в точке невозврата, на ровном расстоянии от туалета, грузовика и своего фургона. Глянув за угол режиссерской, он убедился, что далеко, вплоть до забора никого нет. Незнакомец исчез, да и вряд ли бы он так надолго задерживался. Теперь можно было спокойно вернуться в фургон, но…

Что он все-таки прятал в грузовике?

Сделав шаг по инерции вперед, эстонец опять остановился.

Обернулся и посмотрел на грузовик. Дождь струился по лицу и заливал за воротник. По телу вдруг побежали мурашки, возникло ощущение того, что сейчас он совершит что-то абсолютно противоестественное. В ту же секунду какая-то тайная, неведомая ранее сила заставила благоразумного и добропорядочного редактора эстонского телевидения изменить свой путь.