Логово тьмы

Что-то ему известно, но неприятно или стыдно в этом сознаться. Не так-то прост наш двойник, как, впрочем, и его прототип.

– И не забудьте отвезти меня в отель! – недовольным тоном напомнил Успенский, – Я и так подзадержался в гостях!

– Сначала дело, профессор, – холодно заметил я, – Потом доставим вас куда угодно.

Он возмущенно засопел, но, в конце концов, вынужденно согласился.

Закончив трапезу, засобирались. Григорий придержал меня на выходе, отведя взгляд в сторону.

– Я, наверное, останусь на дирижабле, – негромко сказал он, – Нужно… кое-что доделать… Да и прослежу, чтобы ничего не украли.

"Боишься пропустить сеанс связи?" – чуть не брякнул я, но вовремя сдержался.

– Как скажешь, – изобразить разочарование было не сложно, – Хотя твоя помощь была бы весьма кстати…

– Да что уж… Делов-то. Скатаетесь, поговорите.

На том и порешили. Отправились вчетвером, долго шли по специальной дорожке мимо гигантской посадочной площадки. Проезжающий мимо мини-омнибус сжалился, подбросив нас до здания воздушного порта.

Я испугался было, что сейчас с нас затребуют справки, пропуска, квитанции и прочие разрешения, но за дело взялся Доусон. Он заговорщицки поболтал с охранником, время от времени кивая в нашу сторону. Только внимательно присмотревшись, я успел заметить момент, когда в руках Джона мелькнули банкноты, тут же скрывшись за пропускной стойкой. Охранник благосклонно кивнул, Доусон махнул рукой, мы все беспрепятственно миновали контрольно-пропускной пункт.

– Надеюсь, вернуться обратно будет так же легко, – с сомнением пробормотал я.

– Не беспокойся, Антуан нас пропустит, – беспечно отмахнулся Джон, – Или Вальтер, его сменщик… Смотря кто будет на вахте.

Вот так, уже не просто познакомился, узнал имена, нашел подходы. Таланты Ханса дают о себе знать. А если бы не только таланты, но и знания, опыт… Охранник сам бы доплатил, лишь бы мы только прошли именно через его проходную. Если бы, если бы.

Поймав такси, уселись.

Пока ехали, я, по мере сил, вглядывался в окно, рассматривая новый незнакомый город. И чем больше я смотрел, тем больше замечал, что не все так радужно, как казалось вчера с высоты птичьего полета.