Дорога в Ад

Гном дружелюбно улыбнулся, приветливо взмахивая рукой; черная окладистая борода качнулась в такт словам; открытый взгляд испытующе пробежался по встречающему офицеру.

– Здравия желаю! – жизнерадостно выдал бородач, – Мрор, сын Трора, стал быть, шофер первого класса!

– Антуан Сидоровский, начальник смены, – сдержанно представился стражник, еле заметно кивнув головой.

– Ты уж начальник, пропускай нас внутрь, – Мрор суетливо вытащил из нагрудного кармана подорожную, украшенную целой россыпью печатей, – Чай не разбойники какие, а из шоферской гильдии!

Пограничник внимательно вчитался в документ, гном терпеливо сопел рядом, всем видом выказывая недовольство подобным недоверием.

– Все в порядке, Мрор, можете проезжать, – кивнул офицер, давая знак приоткрыть створку, – Кто пассажиры?

– А это уж, извиняй, не твоего ума дело, – не слишком почтительно буркнул шофер, направляясь к кабине, – Уважаемые люди! На таможне документы предъявят, все честь по чести, не сомневайся.

Стражник пожал плечами, отходя в сторону – он и спросил-то больше из любопытства, чем для порядка.

Тяжелая створка ворот отъехала в сторону ровно на столько, чтобы дилижанс протиснулся внутрь, а затем ухнула на свое место, надежно перекрывая проход. Мехмобиль медленно протащился по извилистой каменной кишке, сопровождаемый внимательными взглядами бойцов. Поднялся вверх полосатый шлагбаум, сердитый сопровождающий махнул рукой, указывая место, где следует остановиться.

Дилижанс едва заметно вздрогнул: теперь открылась не только дверь кабины, но и пассажирская. Один за другим из внутренностей выбрались три путника, устало и заспанно потягиваясь.

Ян Крюгер, по прозвищу Стрелок, смотрел вокруг с радостным недоумением и любопытством.

– Давненько я тут не бывал, – усмехнулся мужчина, оглядывая тяжелый монолитный камень Бастиона.

Он машинально поправил оружие, вызывая тем самым беспокойное подергивание у бойцов, как бы невзначай столпившихся вокруг новоприбывших.

Хельга Сансет встряхнула головой, отбрасывая волосы назад. Она сладко потянулась, изогнувшись дугой, привлекая восхищенные взгляды мужской аудитории. Чтобы целиком довершить деморализацию собравшихся, женщина с нарочитой небрежностью сделала несколько наклонов, отчего тесные брючки до невозможности натянулись на аппетитных ягодицах.