Carved Rocks. Пригород

Что-то не так было с этим местом, но Терри никак не мог понять, что именно. Большое огненное яблоко катилось за линию горизонта. И Терри решил взять небольшую паузу, чтобы наконец прийти в себя.

Что-то было не так. Все какое-то не настоящее, как китайская подделка. Терри слушал, как бьется его сердце. И тут он вспомнил о парне в рваной футболке с какой-то идиотской надписью.

В голове Терри будто что-то взорвалось. Он подпрыгнул на месте, как если бы ему выстрелили в ноги. Просто пляж. Безлюдный пляж на берегу залива.

Чайки. Здесь было слишком тихо, не считая шума волны. Где эти жирные пернатые твари, вечно летающие в поисках еды? Он вспомнил про краба, из-за которого чуть не словил приступ. Тот, оставляя за собой дорожку на песке, во всю делал ноги по направлению к воде.

Банковскому служащему Терри Джонсу понадобится всего пара дней, чтобы осознать всю серьезность положения. Волна вынесла его на берег абсолютно пустого города.

Терри и маленький краб жарят сосиски и любуются закатом

– Он бы все равно умер, – сказала Нина, жена Терри, сухим голосом и, шмыгнув, тронула рыжую копну волос. За последние два часа она то и дело поправляла прическу и снимала со своего шерстяного платья маленькие катышки.

Она сидела в абсолютно белом помещении приемного покоя. Фрэнк, брат Терри, приехал прямо со съемок, где он играл роль безымянного зомби. Из-за спешки он не успел снять весь грим, и поэтому люди, которые проходили мимо, шарахались от этой странной парочки.

– Это грим, – сказал он проходившей мимо женщине с ребенком. Увидев худого парня с разорванной губой, она крепче прижала к себе пятилетнего мальчика и прибавила шаг.

Мальчик не испугался, наоборот, с интересом разглядывал необычного человека, пока перед ними не закрылась дверь лифта.

– Терри не говорил тебе, что у него рак?

– Думаю, он даже не подозревал об этом. Забавно, правда? – сказала Нина и до самого подбородка натянула колючую горловину.

– Если опустить факт, что он погиб, да, вполне себе забавно.

Нина, что, казалось бы, выревела целый океан, снова разрыдалась. Фрэнк, которому тоже не мешало бы оплакать единственного близкого человека, почему-то не мог выдавить из себя ни слезинки. Он прижал к "разорванной" грудной клетке несчастную вдову и попробовал дать волю чувствам.

– Я не чувствую, что он мертв, – сказал он.