Планета несбывшихся снов

– Что-то случилось?! – Джон сделался, максимально серьезен – он безошибочно почувствовал, что Марина сообщит ему крайне неприятные новости.

Нужно сказать, что ощущение опасности упрямо омрачало ему радость бытия с того самого момента, когда в день старта, после двухчасовой, якобы доверительной, беседы он покинул кабинет пятизвездочного генерала Баклевски и поэтому Джон ничуть не удивился словам Марины:

– Будь осторожен – мой отец ненавидит тебя, простого сержанта-десантника без роду и племени и не хочет, чтобы между нами состоялась свадьба!

«А вот хочу ли этого я? Вот еще вопрос из вопросов!» – нахмурился Джон, вслух, разумеется, не произнеся автоматически родившегося ответа, а сказав совсем другое:

– Он, конечно же, хочет, чтобы ты вышла замуж за сына министра Ольгерда Соколовского?

– Не в этом суть, Джонни – тебя там, на этой Плеве, хотят убить! Это я знаю точно!

– Откуда?

– Иногда мне удается проникнуть в личную электронную базу данных отца – такая возможность у меня бывает очень редко, но думаю, что она еще раз появится, и я сумею вовремя тебя предупредить!

– Как погода на Сайинландже? – решил Джон резко сменить опасную тему, смутно почувствовав присутствие в канале третьего чужого уха.

– Великолепна, как всегда! – улыбнулась Марина. – Пока, мой милый! Целую тебя и люблю!

– Пока, девочка моя! Тоже целую тебя и будь осторожна! – и сеанс дорогостоящей связи оборвался, а Джон задумался почему-то не о неведомой опасности, нависшей над ним со стороны генерала Иммануила Баклевски, а о том – почему он не сумел заставить себя сказать Марине, что тоже любит ее.

Рассеяно посмотрев на тонкую пластиковую стену, отделявшую его от соседней каюты, он несколько секунд наблюдал, как исчезала вмятина на стенке, мысленно поразившись силе нанесенного им удара, и наконец-то вышел из ступорообразного психологического состояния, начав машинально одеваться и анализировать тревожное сообщение Марины Баклевски.

Джон настолько глубоко ушел в собственные мысли, что, почти столкнувшись у входа в ресторанный зал с замаскированным под человека Корлбли, не обратил на того ни малейшего внимания.