Внутреннее пламя. Часть первая

Поморщившись, мирный воин стянул заодно и прилипшую к его коже белую рубашку, с треском отдирая струпья запекшейся крови. Феанор невольно вздрогнул, увидев длинную и довольно глубокую рану. Заметив реакцию юноши, мирянин спокойно сказал:

– Не обращай внимания, жить буду. Если бы ты видел моего противника, то понял бы – насколько эта царапина несущественна. Как тебя зовут, парень?

– Феанор, – ответил юноша, все еще пребывающий под тягостным впечатлением от «несущественной царапины», которая имела не менее двадцати сантиметров в длину и едва ли не доходила по глубине до ребер.

– Очень приятно, Феанор, меня зовут Батас.

Представившись, мирный воин снова вернулся к ящику, а Феанор положил доспех на верстак и принялся изучать повреждения, раздумывая, как можно эффективно все поправить.

– Разбираешься в доспехах и оружии, как я погляжу? – поинтересовался Батас, подставив лицо греющим солнечным лучам и благостно прищурившись.

– Есть немного, – улыбнулся Феанор, пробуя на ощупь одну из погнутых пластин.

В этот момент появился отец, позвякивая небольшим ящиком в руках, в который, очевидно, он собрал сразу все инструменты, имеющиеся у них в наличии. Поставив ящик на верстак рядом с доспехом, пожилой кузнец извлек маленькие клещи и пару небольших молотков, предназначенных для выправления вмятин, острые кусачки для резки пластин, специальную проволоку для их последующего соединения и тому подобные вещи. Подмигнув сыну, отец еще раз быстро нырнул за дверь и тут же вернулся, держа в руках ломоть черного хлеба и кружку воды, которые отдал Феанору.

– Перекуси по-скорому, а я пока начну, – торопливо проговорил кузнец серьезным тоном, расправляя перед собой доспех и, судя по озабоченному виду, оценивая предстоящую работу.

Застыв с кружкой и хлебом, Феанор невольно умилился этой картине. Поскольку не наблюдал отца столь собранным с самого детства, а именно с тех времен, когда его руки занимались более важными вещами, чем бочарные скобы да подковы.

– Вот же легкий он, да, пап? – весело прострекотал юноша, откусывая большой кусок и сверкая повеселевшими глазами. – Пьям неесомый.

– Прожуй сначала, – не глядя на него, усмехнулся отец. – Ну и манеры…

– Жуу-жуу, – паренек проглотил хлеб и с жаром заговорил: – Жую я, просто не терпится помочь. Самому интересно – как у нас все получится.

– Неплохо было бы, если бы получилось, – хохотнул сзади мирный воин, лениво потягиваясь на ящике.