Жертвоприношение. Книга 2. Сердце Льва

А ее парень, конечно, наехал на них, а эти ребята ответили, что они «болгары» и, мол, лучше с ними не связываться. И еще добавили, что эта кафешка – их место сбора.

– Погоди, погоди, – сказал я. – На бульваре? Как называется?

– «Лоцман», кажется… – ответила сестра.

– «Боцман»! – почти выкрикнул Миша. – «Добрый боцман»! Я знаю это место.

– Это может нам пригодиться, – сказал я. – Спасибо, Оля. Но за тобой все равно косяк! Позвони маме прямо сейчас!

Сестра недовольно скривила губы, но все-таки достала из кармана телефон и вышла во двор поговорить.

– Она же не за этим сюда приходила, а? – я сверлил взглядом довольное лицо Миши.

– Вообще-то, твоя сестра поругалась со своим ухажером! – широко улыбнулся он. – А куда же ей еще пойти за утешением, как не к своему лучшему другу, то есть, ко мне?

– Смотри, как бы я тебе твое утешение не оторвал!

– Лев, не будь занудой. Ты же знаешь меня!

– Вот поэтому… – я запнулся. Мне не хотелось продолжать этот разговор. – Ладно, давай лучше поговорим о деле.

Витя отложил инструменты и, кивнув в благодарность за предложенную сигарету, присел рядом. Мы снова прокрутили план сегодняшней атаки на «болгар». А план был до гениальности прост. Нам предстояло караулить у входа в магазин Лизиного отца, дождаться, пока «болгары» придут к нему за деньгами, а потом спровоцировать их на драку. Наживкой должен будет выступить Ворон. По плану, он крикнет в их адрес какие-нибудь ругательства, «болгары» побегут за ним в сквер напротив, где мы с Мишей встретим их с арматурами в руках.

– Смотри, я нашел железный прут и разрезал на сварочном аппарате на четыре части, – сказал Миша.

– Почему на четыре? – спросил Ворон.

– Мы хотим, чтобы еще один человек пошел с нами, – ответил я. – Кстати, Миша, ты Косте звонил?

– Ну, да… – почесал затылок мой друг. – И меня терзают смутные сомнения, что он не придет.

Я задумчиво кивнул головой. Костя, должен сказать, с детства был нашим другом, но, держался несколько особняком.

Костя удачно для себя умел избегать неприятностей, которые случались со мной и Мишей. Мне не удается вспомнить ни одной школьной драки, когда Костя стоял с нами плечом к плечу. Он, без сомнения, был веселым и компанейским парнем, но… пожалуй, за этим «но» стояло недоверие.