Заказ на тебя

Главное, чтобы эта лампочка не в туалете оказалась, а я не оступился в дырку в дерьмо по колено. А то в последние сутки провал за провалом. С тех пор как в мой кабинет ввалилась она, жизнь неуловимо, но круто изменилась.

В чем именно? Не знаю. В мелочах, в настрое и настроении. Одно то, что я как приклеенный не мог отвести взгляд от девушки, которая поднималась по ступенькам на сцену, ни капли этого не смущаясь, уже тревожный звоночек.

Она разминалась. Сгибала и разгибала изящные руки и ноги. Наклонялась и распрямлялась так, словно здесь главная звезда заведения только она.

Сняла резинку с волос, и те водопадом рассыпались по плечам. Они не были длинными, но пружинили и красиво обрамляли лицо девушки. Очки она так и не сняла.

Варя вышла на сцену и сделала изящный и плавный поклон. Было в нем что-то едва уловимо издевательское. В зале послышались робкие аплодисменты.

Основной мотив еще не начался, и вступление в мелодии затягивалось. Явно работа диджея. Импровизация? Но потом она посмотрела в рубку и махнула рукой, в тот же момент развернувшись к шесту.

Послышались тихие слова и красивый голос, а тонкие запястья сомкнулись на холодном металле. Неожиданно легко она вспорхнула за счет одних лишь рук и сделала парочку пируэтов.

У меня челюсть отвисла. Варвара Олеговна явно не новичок на шесте.

– А у нее в анкете не было про то, что она стриптизерша?

Слава тоже тихо охреневал. Посмотрел на него, но глаза друга были полны восхищения и еще кое-какого чувства, совершенно мне не понравившегося.

– Полегче, это мой фотограф!

Ответом мне стал насмешливый и снисходительный взгляд. Из зала нарастал восхищенный гул пьяных мужчин, в один момент слившийся в протяжный стон.

Это ноги девушки в довольно свободных джинсах проскользнули по шесту, от чего Варя едва не сорвалась вниз. Не теряя ни капли темпа, она спрыгнула к подножию и нашла в толпе мои глаза.

Ее же голубые омуты, даже через линзы очков, сверкнули насмешливым торжеством. Попытался сделать выражение лица попроще.

А потом…

Потом. Мне захотелось вылететь на сцену и надавать ей по заднице! Чертовка стала снимать с себя одежду! Простая футболка улетела на край сцены, а джинсы голубой кучей свалились у ее ног.

Еще никогда в жизни не испытывал большего разочарования и злости. Казалось, что у меня отняли что-то личное, то, что уже загодя считал только своим.