Почему Мангышлак

На ее поверхности, будто на теле с содранной кожей, словно черви, словно личинки мух, копошились и шевелились огромной неопрятной массой паразиты, пожиратели живой плоти.

Вид этого был настолько ужасен, настолько неприятен и отталкивающ, что хотелось зажмуриться, включить форсаж и улететь отсюда прочь, лишь бы не видеть этой страшной картины.

Однако улететь мы не могли, и глаза закрыть тоже. И все, что нам оставалось, это ехать по пакетному морю, испытывать жгучий, неимоверный стыд и думать о себе: «Что ж ты делаешь, человече?!»

Над головой проносились огромные стальные птицы – это заходили на посадку на авиабазу «Энгельс» стратегические бомбардировщики Ту-160.

Хорошо и привольно было им лететь над бескрайними степями, надвигающейся тенью силуэта захватывая все больше и больше пространства, и утверждать власть человека над природой.

Оттуда, из кабины этого чуда техники, из недр немыслимого этого памятника человеческому гению, земля эта и природа эта виделись ярким и цветным цельным пятном, матерью-землей, той самой родиной, что всячески сохранять и оберегать и есть наиглавнейшая людская задача.

И проносилась машина, оставляя позади себя завихрения свежей, еще неслежалой волжской пыли. И шелестели по степи пакеты.

Глядя снизу на эти машины, невозможно было не испытывать гордость, – но невозможно испытывать гордость, лишь задирая нос кверху. Так же важно для всякого человека испытывать гордость, и просто проходя по земле, упирая в эту землю взгляд.

Наступит ли когда-либо время, когда мы будем гордиться не только своей осознаваемой мощью, своим неодолимым войском, своим оружием и способностью с его помощью держать хоть кого в страхе, но и способностью любить всякое, даже мельчайшее проявление родины, и прибирать и обихаживать ее, делать чище и светлее и родину, и души?

Да, сверху видно все.

А мы же мерили расстояние по дорогам и в быстро вязнущих сумерках проскочили Энгельс.

Пускай не Эльтона, пускай Палласовки достичь за сегодня – от этой идеи мы не отказались.

Впрочем, в Палласовке нас ждало одно дельце, что в ночь было осуществить затруднительно, и мы держали Палласовку в уме крайней на сегодня целью.

– Здесь, кстати, неподалеку место приземления Гагарина, – сказал я своим. – Я был в этом комплексе лет двадцать назад. Можем заехать.

Мои, однако, не воодушевились.