Курсанты

Сема тоже словил второе дыхание и круга четыре даже успевал без нашей помощи. Я украдкой глянул на Сохина, тот не улыбался, был сосредоточен. Вот ему пятерка может быть принципиальна, и за три круга до финиша я отчетливо сказал:

– Убегай.

Короткий взгляд, и мы друг друга без слов поняли. Снова. Он поднажал, а я потянул снова сдохшего Сему к финишу. Что самое интересное, на последнем круге тот тоже словил еще один приступ супергеройства, и мы финишировали реально по времени очень близко к пятерке.

Я просто свалился на траву.

Несмотря ни на что, мы прибежали сразу после кавказца и Сохина, а потом приплелись злые как черти суворовцы, смотревшие на меня как на идиота. Их мнение было для меня совершенно неважно.

А вот затылок чесался. Не знаю, во что мне выльется эта выходка, но подозреваю, что ни во что хорошее. Отец по-любому будет лютовать, но не это главное. Поднялся и подошел к физрукам.

На секундомере стоял Иваныч, он меня готовил месяц назад на подготовительных, мои способности знал и сейчас смотрел как-то странно.

Он на меня, а я на него. Понимаю, все рисковали. Он тоже знал, чей я сын, и…

– Две секунды и была бы четверка, Изворотов и Иванов. Везунчики.

Сказано это было таким тоном, что я сразу понял, не хватило до пятерки там секунд десять, но… Мне не могли поставить четверку, а Сема пошел паровозом. Ну что ж. Иногда от «блатных» бывает польза.

Сзади раздалось пораженное:

– Спасибо, парни, я…

Развернулся к нему и подмигнул:

– На баяне нам сыграешь, если поступишь, Семен Семеныч.

Глава 7. Маша

Нас построили на большом плацу. Теперь я знаю, что это центральное место всего института. Есть еще малый плац, как раз перед столовой и медчастью, но он в разы меньше.

Курсовые с факультета следователей и факультета гаишников пытались создать из нас строй, но в итоге все было гораздо хуже, чем даже можно представить. Ребята успели перезнакомиться, все гудели и галдели.

И как они потом нас будут в аккуратные коробочки засовывать? Кто его знает.

В любом случае лишь бы поступить! Милейшая женщина из приемной комиссии сказала, что мне с моими льготами и результатами экзаменов не о чем беспокоиться.

Но я все равно нервничала. Пока не увижу себя в списках… Хотя сказали, что сюда позвали только тех, кто поступил. Мол, все красиво сделать хотят. Эх-х-х… Скорее бы.

– Маш, я так волнуюсь! Тем более тут, говорят, даже отличника какого-то завалили.

Кивнула.