Пепельные цветы

– Э-э, нет, простите, – пробормотал он, чувствуя, что меняется в лице. – Вас, вероятно, сбила с толку моя фамилия. Или вы неправильно расслышали. Липси. Моя фамилия – Липси. Не Джипси [Gipsy англ. цыган].

– Ты болтай, да знай меру! – прорычал хозяин. – Пирса Маклахена сбить с толку никому ещё не удавалось! И уж точно не тебе, чёртов сын. Я спросил, цыган ты или нет? К чёрту твою фамилию!

– Позвольте, мистер, – Липси наконец переступил через свою осторожность и смирение. – А нельзя ли чуть повежливей? В конце концов я вам тут не…

– Не позволю, – перебил Пирс Маклахен.

 – А можно здесь только то, что я разрешил.

– Тогда разрешите мне лишиться вашего общества! И удалиться в свою комнату с гарденией.

– Не разрешу. Эта комната уже занята.

– Моя комната занята?! – оторопел Липси. – Это как же так?

– Твоя комната? – протянул Маклахен. – Ха! Твоей комнаты здесь нет, оборванец. Ни одной. Комната с гарденией занята, я сказал. Будешь жить в курительной.

– Что?

– Ты же так любишь курить трубку, – усмехнулся хозяин.

 – Вот и будешь жить в курительной. А не хочешь – убирайся. Никто тебя не держит. У меня и так отбоя не будет от постояльцев.

– Но позвольте… – попытался было Липси воззвать к разуму этого человека.

– Не позволю! – перебил хозяин. И его деревянное, вырубленное из цельного куска дерева, лицо стало каменным.

– Я буду протестовать, – промолвил Липси, сам пугаясь собственных слов. Протестовать он вряд ли умел. Пожалуй даже, протест совершенно точно не входил ни в разряд его умений, ни в путаницу намерений, ни в число привычек.

– Можешь начать прямо сейчас, – спокойно ответил хозяин. – Ещё успеешь на паром.

– Но разве можно жить в курительной? – сделал Липси последнюю попытку воззвать к разуму этого человека. – Это… Это вредно для здоровья. Это… это не по-человечески, в конце концов.

– У тебя будет время убедиться, что жить можно везде, где можно сдохнуть.

Кхм…

Ну что ж… Кажется, сделать ничего нельзя. Тогда что остаётся?.. Подчиниться обстоятельствам.

В конце концов, всё не так уж плохо; почти наверняка могло быть значительно хуже. Например, хозяин мог поселить его в… простите, в сортире. Или вообще отказать в постое. Или…

– Ну что ж, – вздохнул Липси. И уже почти жизнерадостно произнёс: – Спеши изведать неизведанное и прожить не прожитое! Правило номер сто тридцать два из записной книжки номер три. Есть ещё правило за номером шестьдесят восемь, которое гласит…

– Плевать, – коротко перебил Маклахен.