Производные разума

Но когда он просмотрел видеозаписи!.. Да, Картер был прав, Ананда в первую очередь поразило сходство дельтийцев с людьми. Язык больше не поворачивался называть эти существа грибами. Внешне они были самыми настоящими людьми: прямоходящие, с руками и ногами, с головой… И даже ростом – почти такие же. А ведь после первого доклада Анди представлял себе что-то вроде ядовитых лишайников, растущих кое-где в лесах неизведанной планеты!..

– Все-таки я хотел бы услышать что-то конкретное, – вежливо произнес Картер. – Почему вы против депопуляции, как вы выражаетесь, дельтийцев? Кроме сантиментов, вызванных сходством… – да, неприятным, но всего лишь сходством! – я не вижу никаких причин откладывать колонизацию «Дельты».

– Мы не имеем права уничтожать целый вид только на том основании… Представьте, что к нам прибыли инопланетяне и решили уничтожить всех кошек только потому, что у пришельцев аллергия на кошачью шерсть!

– Простите, но вы говорите глупости, недостойные ученого. Ваш пример совершенно некорректен.

И мне даже неловко объяснять почему.

– Пусть! Не в примере дело, – Анди разгорячился. – Уничтожение целого вида – это преступление. На Земле такой вандализм давно невозможен, но на других планетах мы ведем себя, как дикари. По какому праву человек решает, кому жить, а кого можно уничтожить?!

– По праву первого! – резко перебил Картер собеседника, и даже неизменная улыбка на секунду пропала.

– Что? – не понял Анди.

– По праву первого… – спокойно повторил Картер. – Вы же прекрасно знаете, что мы – единственная разумная раса во вселенной.

Многие добавляют слово «пока». Мол, пока единственная. Но, думаю, это слово лишнее. Мы первые и единственные. Две разумные цивилизации, активно исследующие мир, давно бы встретились. Уже столько планет открыто, но нигде нет ничего подобного человеческой цивилизации. Нигде нет разума. Я хочу поделиться с вами одной моей теорией. Она не слишком научна, но я бы хотел, чтобы вы поняли мою точку зрения. Вы не против?

Анди пожал плечами.

– Не знаю, как экологи, – с едва заметной усмешкой начал Картер, – но я давно обратил внимание на один феномен – на каждой планете есть вид, извлечение которого из экосистемы никак не сказывается на ее жизнеспособности. На Земле – это человек, на «Дельте» – эти ваши дельтийцы, на «Сигме» – синурейцы… И так далее. Смотрите, уничтожение какого-то паршивого насекомого может нарушить целую систему, а вот исчезни вдруг человек, то Земля только вздохнет с облегчением.