Норвуд

 – Что она вам пообещала? Неужели ради этого стоит терпеть пытки?

Я замолчал на мгновение, ожидая хоть какого-нибудь ответа, но его не последовало. Однако, заметив, что господин Глен снова собирается вернуться к собственным методам ведения беседы, я торопливо заговорил вновь:

– Если вы поможете, уверен, это зачтется! Никогда не поздно отказаться от тьмы, мастер Фонтен. – Я спешил привести сразу все аргументы. – Зло всегда обманывает, мне доводилось читать об этом в книгах, и наверняка вам не дадут того, что обещали!

Отчего-то мои доводы развеселили пленника – губы его растянулись в усмешке, что выглядело довольно жутко.

– Ты ничего не знаешь об обмане, Норри, – не очень разборчиво произнес мастер Фонтен. – И ничего не знаешь о тьме. И если думаешь, что у меня был выбор, то ты ошибаешься…

– Выбор есть всегда! – убежденно воскликнул я. – И вы прямо сейчас можете снова сделать его! Расскажите нам все…

Холодный взгляд бывшего товарища как-то резко остудил мой пыл, и я оборвал свою речь на полуслове.

Впрочем, главное было сказано.

– Ты хороший парень, Норри, но еще слишком молод и совсем не знаешь жизни. – Мастер Фонтен говорил, кривясь от боли. – Я ничего не скажу. Ни тебе, ни твоему другу. Но знай, это я попросил ее не убивать тебя…

Сначала я ничего не понял и уже хотел было уточнить, что мастер Фонтен имел в виду, но вдруг меня осенило – вот почему он сбежал тогда, сославшись на плохое самочувствие! Не из трусости, а чтобы попросить Опаленную не убивать меня!

– Верить ему не стоит, Норвуд, – негромко произнес господин Глен, который будто читал мои мысли.

 – Он действительно встречался с ней перед вашим приходом, но только для того, чтобы предупредить Опаленную. Те, кого коснулась тьма, не могут применять свои силы, когда заблагорассудится, им обязательно нужно подготовиться – совершить какой-нибудь ритуал или, например, выпить человеческой крови… Но в любом случае им нужно время. И он дал ей его, вот и все.

– Откуда вы это знаете? – Я ничего не рассказывал интерфектору о том, что мастер Фонтен сбежал перед тем, как мы отправились к нехорошему дому.

Не потому, что хотел скрыть, а просто забыл об этом.

– Я же говорил, что прибыл в город с утра, – спокойно ответил Бернард Глен. – Успел опросить всех стражников. Многие из них видели, как твой товарищ уходил… После этого я был уверен, что именно он пособник Опаленной. Больше просто некому – кроме него, никто не отлучался.