Расколотая корона

В скором времени он вернулся с мешком, в котором, судя по форме, находилось человеческое тело.

Лина подошла ко мне и тоже выглянула из-за колонны.

– Что это такое?

Дерриен развязал веревку и вытряхнул мешок. К его ногам упало тело. Я сосредоточился, пытаясь уловить признаки жизни, но не услышал ни дыхания, ни сердцебиения. И все же я почувствовал исходящий от трупа потенциал. Этот человек умер совсем недавно, и моя кровь могла бы его оживить.

Я не впервые видел мертвеца, но мне было не по себе. С какой целью Дерриен притащил его сюда?

Лина побледнела.

– Нок?

– Что?

– Сколько времени тебе нужно, чтобы получить благословение от Тайруса?

Дерриен поставил ногу на спину безжизненного тела.

– Возможно, несколько минут, – сказал я. – А что?

– Поспеши. Тебе нужно поспешить.

Вытянув руку, Лина озарила нас вишневым светом. Дверь в царство тварей со скрипом отворилась, и она отправила Тока домой, одновременно призывая Оникса. Шерсть легендарного зверя встала дыбом, и он зарычал, вставая рядом со своей хозяйкой.

– В чем дело, Лина? – спросил Калем.

– Мы вот-вот встретимся с Прентиссом.

С широкой ухмылкой Дерриен пнул безжизненное тело, и оно полетело вниз. Мы все замерли в ожидании. Каждая секунда мучительной тишины тянулась вечность. Мы так и не услышали звука удара. Мы не услышали вообще ничего. Я наивно подумал, что мы, наконец, сможем позволить себе передышку, но в этот же момент из недр ущелья послышался протяжный рев, похожий на завывания ураганного ветра.

Дерриен, Язмин и стражи бросились прочь от края. Они бежали от жуткого звука, который становился все громче и громче и предвещал лишь одно.

Смерть.

Одиннадцатая глава. ЛИНА

Меня парализовал страх. Этот звук, эта ужасная протяжная нота предвещали не что иное, как неминуемую гибель. Каждая клеточка моего тела умоляла меня бежать. Спасаться. Язмин приручила Врииса и намеревается пробудить Окнолога. И тем не менее сейчас она уносила ноги прочь, не желая встречи с Прентиссом.

Но это не значит, что мы должны сдаться. Я не позволю своей семье погибнуть.

– Нок, давай! – Я указала на каменный алтарь.

Нок бросился вперед и замер перед плитой в центре. Он опустился на колени, склонил голову и закрыл глаза.