Ледяной принц

Она уронила свою сумку на землю и уставилась на Калема. За ее спиной с открытыми ртами застыли Дез и горстка посетителей.

– Назад! – крикнул я. Но Лина не послушала меня и выбежала на открытую местность. Я оставил Коста разбираться с наемниками, а сам присоединился к ней как раз в тот момент, когда Лина вытянула руку и заполонила воздух красным сиянием. Стручки растущих поблизости бобовых сосен затряслись из-за оглушительного скрежета открывающейся двери в мир тварей. Масса черной ярости вырвалась на свободу, и Оникс с рыком бросился на помощь Косту, тут же разделавшись с одним из наемников.

– Опять? – ее взгляд устремился к белому легендарному зверю, который поспешил за Ониксом. Доминус зарычал, и пластины на его груди загрохотали. На бегу он оглянулся на Лину, как будто в поисках указаний, а затем последовал примеру Оникса и вонзил свои клыки в шею очередного наемника. Кровь хлынула из разорванных вен и окропила землю тошнотворно-красным цветом.

Калем навострил уши и отбросил от себя человека, которого до этого тряс, как тряпичную куклу. Он сфокусировал свое внимание на Доминусе и Ониксе. Шерсть на его загривке вздыбилась, и он низко припал к земле, готовясь к прыжку. Внезапно Калем взмыл в воздух и впился зубами в крылья Оникса, повалив зверя на землю и волоча его по грязи.

– Оникс! – Лина собралась было броситься к нему, но я прижал ее к себе прежде, чем она успела оказаться в опасности.

– Отпусти меня!

– Ты погибнешь, если сунешься туда.

Ее уничтожающий взгляд причинял мне боль, но я не мог рисковать ее жизнью. Было трудно сказать, кто и когда нанесет удар первым: Калем или наемники.

Доминус взвыл и врезался в бок Калема, освобождая Оникса. Два легендарных зверя шипели и рычали, кружа вокруг Калема, играя мышцами и яростно шипя.

– Нок, слева! – Кост бросился к нам, однако у него на пути возник рыжеволосый наемник и повалил его на землю.

Краем глаза я заметил всплеск теней, и плечо Лины сзади пронзил клинок. Острие вышло прямо над ее ключицей. Крик, полный боли, эхом разнесся по воздуху и заставил меня взорваться. Красная пелена затмила мои тени, не оставив в сознании ничего, кроме желания убивать. Кончики моих пальцев обдало жаром, и я превратил кровь в смертоносный зазубренный клинок и тут же нанес удар. Сильный.