Палата на солнечной стороне. Новые байки добрых психиатров

Вроде пачки чая и кипятильника с банкой, чтобы заваривать чифирь. А то и емкости с огненной водой и пачки неучтенных сигарет.

Когда Федор (назовем его так) на волне своей очередной мании попал в стационар, он знал твердо: друзья его не забудут. А забудут – так он напомнит. И даже вишлист предоставит, чтобы не мучились неврозом выбора, собирая передачку. Нет, халявщиком он себя не считал, что вы. Просто открытый для предложений, с уверенностью глядящий в будущее и четко доносящий до окружающих свои чаяния человек.

Так что, отправив приятелю заказ на что-нибудь горячительное и экзотическое – в конце концов, он ведь не желудок на ножках и не алкоголик, а истинный ценитель прекрасного, – Федя стал терпеливо дожидаться визита. Ну то есть терпеливо настолько, насколько вообще может позволить маниакальное состояние: всего-то несколько километров по палате за несколько часов. В конце концов, стены и потолок остались интактны, за что санитары задолжали ему огромное человеческое спасибо.

Приятель объявился где-то на четвертый день, на пятидесятом километре внутрибольничного марафона. К тому моменту Федор уже переехал из наблюдательной палаты в другую, с менее суровым в плане пристального внимания санитаров режимом, потому трюк с подъемом пакета на веревочке прошел без накладок. Федя распаковал увесистый тючок, обернутый в несколько слоев газет… и кратко, но емко выразил всю глубину своей фрустрации, разочарования в людях, обиды на мироздание в целом и нечуткость близких в частности.

Нет, оно понятно, что экзотика. Оно понятно, что в чем-то даже эксклюзив, не для желудка на ножках, а для истинного ценителя прекрасного. Но как его вскрыть, не имея подручных средств? Шарахнуть о стену, на радость дежурной смене и к вящему огорчению задницы, нашедшей на свой верхнелатеральный квадрант пару кубиков аминазинового [12 - Аминазин – один из первых в истории психиатрии антипсихотиков, применяется для купирования возбуждения, бреда и галлюцинаций.

Видимо, в цепочке дальнейших событий непоследнюю роль сыграл прокатившийся по стране футбольный чемпионат мира. Федя разочарованно выпустил кокос из рук, тут же вскочил, зажмурившись от боли в ушибленном большом пальце ноги, и рефлекторно, со всей силы, наподдал по нему другой, еще не ушибленной.