Падение летающего города 3. Путь высшего

Маур с подозрением взглянул на меня, но тут же отвёл глаза.

– Хаки ждёт нас, – напомнил Тону Тангата. – Если ты ожил, то…

– А Нер? – спросил я.

– Мне самый старший приказал оставаться здесь и сторожить важных пленников, – отозвался Неронг.

Парень был явно рад, что ему поручили стеречь пленников. Он не был трусом, но, кажется, был большим лентяем.

Я расправил «Крылья Ветра» и подпрыгнул:

– Мне нужно кое-что завершить. Сейчас вернусь.

? ? ?

Звериный оскал низкой женщины, всадившей в меня две стрелы, не выходил из головы.

Остатки Дениса Лаврова во мне возражали: мол, оставь низкую. Ей просто повезло победить тебя. Но высший воин, которого сам же Денис Лавров и пытался воспитать в себе, свирепо отвергал любые доводы. Он хотел уничтожить эту усатую бабу с волосатыми ногами.

В конце концов, кто тут высший, я или она?

Моя мочи-ка валялась неизвестно где, поэтому я соединил во Внутреннем Взоре два узора «Удара Молнии». Использование сразу трёх озарений значительно увеличивало нагрузку на Линии.

Долетев до площадки, я спрыгнул на шаткие доски и убрал крылья – экономил толщину Линий.

Пока я был в отключке, прошёл небольшой дождик, доски были мокрыми, а от листьев исходил плотный травяной запах. Хмурое небо прояснилось, сквозь прорехи пробивались лучи солнца.

Снял с пояса кинжал и осмотрелся. Отголоски громовых ударов Хаки, которыми он вбивал в землю низких, долетали досюда. По качающимся вершинам деревьев можно увидеть, что он недалеко.

– Хватит прятаться, низкая, – сказал я на ач-чийском.

Потом вспомнил наставление посла, который советовал не разговаривать с враждебными низкими на их языках.

«Звуки дивианского повергают низких в страх и трепет, – сказал посол Октул Ньери. – Но когда мы говорим на низких языках, мы кажемся ближе к грязи».

Я повторил приказ на дивианском.

В ветках надо мной послышался хруст и шевеление. Я ударил туда молнией – синяя вспышка расщепила ствол и срезала несколько толстых веток. Вместе с этим раздался отчаянный визг и женщина, размахивая зажатым в кулаке луком, грохнулась на доски.

Я неспешно подошёл к ней.

По телу низкой пробегали искорки молнии, она корчилась и стучала голыми пятками по доскам. На лице, голых плечах и ногах краснели ожоги, некоторые из них были чёрными и сочились кровью.