Пророк

Мгновение спустя, посмотрел на ладонь. Она была вся в крови. Выпрямившись, с грозным видом Арис принялся смотреть на толпу. Раненый глаз стал видеть хуже.

Сенник пристально наблюдал за опционом городской стражи. Убедившись, что с ним все в порядке, отдал приказ.

– Пророка взять живым. Людей в толпе не убивать! Вперед.

* * *

Уже прошло немало мгновений, как Софокл покинул наемника. С того самого момента, как они вошли в таберну, преподаватель рассказывал о своих студентах. Все они были из знатных семей.

Также он рассказывал про свою родину, Цегерию, и про образовательную систему своего родного Цегерийского полиса. В Цегерии любой желающий, мог прийти в академию за знаниями и получить их совершенно бесплатно. В Ромее же академии были доступны только знати, и это не сильно нравилось Софоклу. Упомянул он также про огромную библиотеку в здании академии, где были собраны все знания покоренных Ромейцами народов. Для Ромейцев это были знания известного им мира. Еще Софокл сказал, что если наемник захочет, чему – либо научиться, то он сам его этому научит.

Наемник неспешно ел кашу. Тщательно и долго прожевывая содержимое каждой ложки. Делал он так, только потому, что кушал он день назад. Ту же самую кашу, которую ел он в данный момент. Различия, у них были глобальными. Прошлая горчила и была залита плохо пахнущим маслом, а нынешняя сластила на послевкусие.

Рядом со столом наемника крутился мальчуган, страстно интересуясь вооружением. Он не обращал на мальчика никакого внимания. Лишь только изредка бросал на него кроткий взгляд, в такие моменты на его лице появлялась улыбка.

* * *

Хозяйка таберны заметила сына рядом со странным человеком. Блеск в глазах ее сына напоминал точно такой же, какой был в глазах ее младшего брата. Когда его переводили в армию, базирующуюся в Цегерие. Женщина подозвала к себе дочь.

– Гайя, оттащи Гая от посетителя. И забери посуду, мне кажется, он доел!

Девочка по привычке взяла тряпку и пошла в сторону, где был ее брат и странно одетый для простого Ромейца человек.

– Гай, тебя зовет мама, ей нужна твоя помощь.

Мальчуган поднял свои сияющие глаза на сестру и маму.

– Иду, иду, – быстро оттарабанил он, начало фразы посвятив сестре, а конец матери.

Гай отошел от стола человека и меча, от которого он не мог оторвать своего взгляда. На лице его было огорчение, и по его физиономии можно было понять, что кто – то отобрал у него любимую игрушку. Но при всем этом сын направился к матери.