Порча

«Словно мальчишка, распаковывающий подарок», – подумал заинтригованный Костров.

Марина (5)

– То есть как не спрашивать Ерцова? – Марина удивленно заморгала.

– А вот так, – сказала завуч спокойно. Круглая, с сахарной улыбкой и хитрым блеском за стеклами очков. – Не спрашивайте. Не вызывайте к доске.

Они разговаривали в вестибюле. Большая перемена – стайки детей сновали по этажу.

– Драсьте, Татьяна Сергевна! Драсьте, Марина Фаликовна!

– Здравствуйте, здравствуйте. – Каракуц отвела Марину в уголок.

– Вы зачем Ерцову двойку влепили?

– Он не выучил урок.

– А тема какая?

– Древнерусская литература. Художественные особенности «Слова о полку Игореве».

– И что, обязательно двойку ставить?

– На тройку он не тянул. Смеялся, срывал урок.

– Позвоните родителям. Сделайте так, чтобы тянул. Вы поймите, – Каракуц разгладила складку на блузе Марины, – вы двойку ставите не Ерцову, а Аполлоновой.

– Александра Михайловна-то тут при чем?

– При том! При том, что она – его классный руководитель.

– Но не могу же я Ерцову пятерки ставить!

– Зато можете игнорировать. Не замечать. Нет, по части дисциплины – ругайте, конечно. А неуд зачем? Неуд Ерцова – это неуд школе. И вам, вам, педагогу. Как четвертные выводить будем?

Марина замялась, и Каракуц, явно наслаждаясь превосходством над неопытной коллегой, проворковала:

– Вот вы зондируете класс. И сразу же видно, где дурак, а где нет. По глазам, да? Ломброзо читали? Про антропологический тип преступников.

– Сильно вы – про детей.

Каракуц дернула крошечным ртом.

– Я двадцать лет в школе работаю. Имею право…

– От теорий Ломброзо, – сказала Марина, – один шаг до измерения черепов линейкой. До фашизма.

– Ой, – ощетинилась завуч, – не разбрасывайтесь патетикой. Ломброзо не Ломброзо, а кто к уроку готов, можно вычислить. Ерцов через год пойдет в ПТУ на гроботеса – нужны ему ваши исторические памятники?

– А это не ко мне вопрос, – осмелела Марина, – это к Министерству образования.

– Отлично. – Каракуц сняла очки и потерла нос. – Надумали Аполлоновой отчетность испортить – дело ваше. Но как старший коллега говорю: у учителя троек в портфеле много, а двойки – на крайний случай. Их закрывать потом. Займитесь успеваемостью седьмого. И думайте, прежде чем делать.

«Жаба, – шипела Марина, маршируя по коридору.