Падение Флавиев

Всегда в тени Тита был. Про него можно сказать, что малец неконфликтный, спокойный, уравновешенный. Хорошо учился. Правда, замкнутый немного… Но безумно красивый, Аполлон отдыхает, да простит меня этот бог! Тит его любил, но кто же знал, что это приемный сын?! Домициан так мечтает его поймать. Однако, как ни прискорбно это звучит, я не думаю, что Туллий жив.

– Ты же помнишь, как он выглядит?

– Что за странный вопрос, я же говорил – он вырос при мне.

– Туллий! Зайди к нам, – объявил Сервий.

Все гости вытаращились на входящего в атрий Флавия и замерли.

– У меня вопрос к тебе, Нерва. Просто спрашиваю для себя, на всякий случай. Это действительно Туллий? – поинтересовался Гней.

Марк, пораженный увиденным, приблизился к Туллию и стал трогать его лицо, будто хотел снять с него маску. Затем потрепал волосы и произнес:

– Мальчик мой, Туллий! Ты жив?! – и обнял его крепко.

– Дядя Марк! – Флавий обнял в ответ.

– Хвала богам… Как же ты выжил? Почему ко мне не пришел? Я никогда не выдал бы тебя Домициану.

– Я чуть не погиб, меня спасли и доставили в Тарент. Там и выживал. Безопаснее всего было находиться вдали от Рима, пока я не наберусь сил.

– О боги… – Нерва не знал, на кого смотреть. – Так вот, значит, какой у вас план. Домициана заменить Туллием?! – и он рассмеялся. – Гениально, Гней, просто гениально.

– Гениальность не в придумывании плана, а в его реализации, – ответил Сервий.

– Да, ты прав.

– Ну что же, Туллий, поздравляю.

Довольный Флавий возлег рядом с Нервой. В атрии появился номенклатор:

– Господин, пожаловал еще один гость!

– Пусть входит, – разрешил Сервий.

Когда же этот гость вошел, лица у многих присутствующих побледнели. Они хотели уже бежать во все стороны не оглядываясь, даже через окна. Казалось, их бы не остановил и тот факт, что вилла находилась частично в холме. Даже Туллий сглотнул и тоже стал подумывать уже о побеге.

– Ну, надо же, – удивился спокойный Гней, – сама императрица к нам пожаловала!

– Проходи, возлежи, Августа. – Бросился помогать ей Нерва.

Она в черном пеплуме молча возлегла с Марком и только тогда заметила Туллия.

– А, ясно, – лишь выдавила из себя Домиция. – Вот из-за чего нужно было это собрание.

– Я не понимаю… – еле слышно произнес Флавий. – Она ведь…

– Императрица! – начал было Сервий.

– Уже нет, Гней! – парировала Августа.