За дверью

Крылов наблюдал за спором будто со стороны. Ноги он расставил еще шире. Все еще сонный следователь с проступающими мешками под глазами всеми силами старался сохранить бодрость и работоспособность. Но чтобы показать здешним, что и он что-то да смыслит, Крылов понизил тон своего голоса и заявил:

– Как именно она все же умерла? Разберитесь уже.

В холодное белое помещение вошел Бельцер с одним из сотрудников и неприметно сел на одно из свободных мест, коих в морге было в достатке. Мужчина оглядывался по сторонам и терпеливо ждал своей минуты.

– Одежду при ней нашли? – Спросил патологоанатом у вошедших.

– Да, и даже шапка была не ней. – Заявил Глебов.

В разговор вмешался Ермилов, он все еще считал, что девочка умерла от удушья:

– Единственный признак обморожения я заметил только на внутренней поверхности бедер, что неудивительно, так как ее изнасиловали и выкинули всю нижнюю одежду. Сами понимаете, что спустя три недели трудно точно установить причину смерти, особенно зимой.

Степан Викторович покосился на патологоанатома и затем уставился на капитана, как бы отдавая ему право голоса.

– Я не специалист, но в любом случае поищите отпечатки пальцев и определитесь с причиной смерти. – Сыщик перевел взгляд на Бельцера . – Что у вас?

Психолог встал со скрипучего деревянного стула, уставился на тело некогда красивой девочки и произнес:

– Преступник, скажу я вам, импульсивен, нетерпелив и социопатичен. А еще, судя по найденному цветку, любит растения и ассоциирует себя или жертв с ними.

Все присутствовавшие в зале задумались. Эксперт отрицательно кивал головой, патологоанатом уперся руками на стол и направил взгляд на обрывок синей куртки, едва не оторвавшийся от убитой девочки.

– По родственникам что-то известно? – Спросил Крылов.

– Да, нашли заявление, датируемое еще двенадцатым марта.

– Фотография есть?

– Да, забыл совсем. – Бельцер вынул из внутреннего кармана плотной кожаной куртки пожухший снимок маленькой девочки, стоящей на фоне большого фонтана с медвежонком. – Вот.

Крылов грубым и быстрым движением жилистой руки взял фотографию и сверил с ней лицо погибшей. Совпадение налицо.

– Видимо и с датой теперь определились. Александр…

– Германович.