За дверью

Затем он медленно, но уверенно взял в руку стекло и подведя его к левому запястью, резко полоснул себя. Из вены хлынула небольшой струйкой багровая теплая кровь. Поначалу мужчина почувствовал только тупую боль, но затем наступил момент, когда пульсирующее ощущение ада превратилось просто в неприятный зуд, а затем и вовсе в странное облегчение.

Следом за левой рукой последовала и правая. Кровь оттуда тоже хлынула потоком, заливая пол вокруг. Кожа онемела и побелела, а глаза тихонько закрылись, не в силах вновь открыться и в последний раз посмотреть на мир.

Ощущение райского удовольствия перемежалось с сонливостью, с которой Игорь оказался не в силах бороться. На лице застыла улыбка. Перед потухающим взором пронеслись за несколько секунд мама, друг, бывшая жена, кусочек свежеиспеченной булочки, изнасилованная им пятнадцать лет назад девочка и многие другие яркие образы, оставшиеся в памяти навсегда. Они смешивались, комбинировались и постепенно погружали мужчину в вечный сон.

Кровь вытекала уже с большой неохотой, образуя большую лужу на полу камеры.

Сознание окончательно помутилось, когда Петренко в последний раз вдохнул сладковато-едкий запах русской тюрьмы. А за окном набирала силу и обороты суровая громкая вьюга. Снег кружился, метался и микроскопическими частицами опадал сквозь стекло на холодеющее тело грешника.

Иногда хочется порадоваться за таких людей и сказать: "отмучались". Никто так и не узнает, в какой мир попадет душа Игоря. Жизнь его состояла из грехов и страданий.

Лишь смерть в такой момент может стать настоящим облегчением. Вот и она.

Его обнаружили примерно в семь часов следующего утра во время обхода. Дежурный заметил, как из камеры задержанного прямо у двери натекла огромная темная лужа. Молодой прапорщик с ужасом открыл дверь и, не в силах что-либо объяснить, сообщил в отдел. Когда на место прибыли Крылов с Бельцером и Степаном Викторовичем, от Игоря Петренко осталась только яркая, как рассвет солнца, улыбка на мертвом, холодном лице.

Часть II

"География подлости, орфография ненависти

Апология невежества, мифология оптимизма

Законные гаубицы благонравия

Знатные пиршества благоразумия

Устами ребенка глаголет яма

Устами ребенка глаголет пуля"

Е.

Летов "Русское поле экспериментов"

"Актер"

– Сергей, я думаю с вашими страхами мы разобрались, давайте приступим к следующей теме. – Облегченно выдохнул Бельцер, глядя в лицо своему посетителю и теребя наконечник ручки.