За дверью

Такого же забитого и загнанного в угол человека, как и он сам.

– Будете воду? – Предложил Бельцер и почесал вслед за этим ухо.

– Пожалуй откажусь, спасибо. – Заскромничал мужчина.

Михаил принял привычную для себя позу – свесив ноги крестом. Мужчина побоялся сделать также, однако повторил движения рук Крылова, сложив их на коленях.

– Это следователь по делу похищения вашего племянника. Крылов Михаил Иванович, расскажите ему, как вас зовут и кем вы приходитесь мальчику. Подробно.

Бородач бросил беглый оценивающий взгляд на мужчину чуть больше себя и хриплым, тонким голосом заговорил:

– Герасимов Иван Иванович, Леша мой племянник.

В разговор подключился Михаил, взяв ситуацию в свои руки:

– А вы как вообще за ним следили? – Грубо, но в мягкой форме спросил следователь.

Мужчина слегка поджался. Он создавал впечатление робкого, печального человека с очень несчастной серой жизнью. Казалось, что в общении с людьми он явный аутсайдер и никогда толком не разговаривал хотя бы на равных.

Только после продолжительного мычания он, наконец, ответил:

– Леша не со мной жил, он же приютский. Просто я иногда к нему захаживал, старался шоколадку там подарить или еще чего. Редко получалось попасть к нему. Там таких, как я, не любят, не впускают.

– А вы где живете? По базам данных у вас не указана даже квартира. Прописка есть?

– Была когда-то. Дом мой сгорел, и теперь я побираюсь крайние три года. Иногда знакомые пустят переночевать, если уж совсем холодно на улице.

Зимами в канализационных люках ночую, там тепло.

Крылов приподнял брови, расслабил руки. Выражение лица изменилось, стало немного жалостливым и скорбным. Сменил он и позу. Теперь Михаил зеркалил посетителя и тем самым поддерживал его. При этом полностью проникнуться к нему у следователя не получалось. Что-то все равно отталкивало. И дело даже не во внешнем виде.

– А вы как узнали о том, что мальчика вашего… Убили? – Несколько сгустил яркую краску Бельцер.

– Я в приют как раз хотел сегодня утром пойти.

Прихожу, а они мне говорят, что вот. – Мужчина потупил голову. – Что убили его. Не скажу, что мне прям плохо стало, но такая опустошенность наступила. Казалось, будто весь мир против меня ополчился.

– А как вы до нас добрались? – Перенял эстафету следователь.

– Мне там сказали, что если уж я родственник, то мне нужно придти по такому-то адресу. Вы поймите меня правильно, я очень жалкий и бедный человек, мне ничего не нужно.