Стеклянное солнце

Но Власов сидел и выжидающе прислушивался. Чем-то это закончится. Но вот чем?

В вагоне трамвая осталось четверо, не включая действующих лиц и Георгия. Трамвай продолжал стоять под напором принципиального билетера.

– Степаныч, через полминуты поеду.

Старик ей не ответил. Вместо этого он достал телефон и принялся звонить в полицию. Над этим нелепым действием двое кавказцев звучно посмеялись. Еще один человек покинул вагон.

Георгий тихонько надел снятые ботинки и стал еще внимательнее наблюдать за происходящим.

Ему интересно, чем все закончится, но одновременно с этим не хотелось получить проблем на свою голову. Ареста на ночь ему с лихвой хватило на много дней вперед. И если бы не ужасающий сон про родителей, Георгий не решился бы.

– Выметайтесь нахер, нелюди!

Власов энергичными шагами сократил расстояние между собой и местом действия. По ходу движения он достал из-за пазухи нож. Сон о родителях напомнил ему о его главном предназначении – ненавидеть.

Нарушители, до сего момента не сомневавшиеся в своей силе, сейчас отступили.

Их вид переменился, позы стали закрытыми, а тела медленно потянулись к выходу.

– Эээ. Хорошо, мы уйдем, ты только нож убери.

Гоша не стал их слушать. Знакомые маневры, чтобы выиграть время. С ними он сталкивался уже не раз. Важна непримиримость борьбы, а не ее методы.

Кавказцы шустро выбрались из вагона. Власов убрал нож. Билетер, не ожидавший такого поворота событий, смерил Георгия удивленным взглядом.

На что получил громкое молчание. Только вернувшись на свое место, Георгий гаркнул машинистке:

– Поехали уже, сколько можно стоять!

Она удивленно посмотрела в зеркало, послушалась и привела грохочущую Татру в движение.

Глава 6

Огромные тучи повисли над городом. Солнце скрылось и обещало вернуться только к вечеру. Георгий тем временем проспал целых три часа и с удивлением заметил, что время уже 14:30.

Не найдя Василису в квартире, он лишь спустя некоторое время вспомнил, что она вернется в 9 вечера, так как сегодня работает.

Продуктовая лавка, где сейчас горбатилась его девушка, находилась вниз по улице в паре кварталов и представляла из себя небольшой магазинчик на первом этаже панельной девятиэтажки.

Насколько он себя помнил, она всегда там работала, получая неплохие для себя 25 тысяч рублей. В отличие от нее, он промышлял мелкими грабежами и стабильность его доходов ставилась под большое сомнение.