Стеклянное солнце

Центральный же, очень похожий на самого владельца татуировок, стоял гордо и смотрел на зрителя с презрением и одновременно со снисходительностью

Москвич, как его называли соратники по вере в новый рейх, был высоким и округлым. Его лицо, гневное и в то же время печальное, старалось быть беспристрастным. С горем пополам у него получалось.

Из воды вышел мужчина. Это Георгий.

– Москва, давай не чеканься, пошли плавать.

– Мясо само себя не пожарит. – Сказал надменно Москвич. – Вытаскивай.

Приказ Власов исполнил неохотно.

Он всегда делал распоряжения "старшего" с большим негодованием внутри. Он считал его своим другом и не любил, когда Москвич с ним так разговаривает.

Свое настоящее имя этот человек не любил афишировать. То ли стеснялся, то ли действительно его не любил. Поэтому в среде соратников к нему прилипло прозвище "Москвич" или сокращенно "Мкад" из-за его происхождения. Он являлся единственным приезжим из всей компании.

Если он слышал свое имя в разговоре, то человек, произнесший его, немедленно наказывался и избивался.

Мкад приходил в ярость и накидывался на любого. Однажды так произошло и с Власовым.

Георгий в сторонней беседе как-то упомянул настоящее имя Москвича – Павел. Разозленный без всякого шума подлетел к Власову и могучим ударом мощной руки ударил Георгия. Тот упал. Еще два удара и Власов получил сотрясение головного мозга. Тогда все обошлось больницей, но произошедшего хватило Власову, чтобы уяснить себе – есть такие люди, взрывы которых провоцируют разрушения всего вокруг себя.

Спустя четыре часа, когда небо сплошь затянулось чернотой, а костер горел так, что освещал не только лица людей, но и лес с водой позади, началось самое интересное.

Пляски вокруг костра и хороводы за здоровье тех людей, что изничтожали мир уже стали для молодых на берегу обыденностью, исконным ритуалом. Вряд ли кто-то из них понимал, что делает, но делали все, повинуясь древнему инстинкту – стадному.

Каждый выполнял особую, отведенную только для него роль. Москвич стоял с поднятыми руками и повторял слово: "солнце", хотя на его место сейчас уже заступила луна.

Георгий прямо на глазах у всех остальных участников действа совокуплялся с Василисой. Она никогда не считала себя неонацистской, но из-за любви к развлечениям любила подобные выезды.

Еще один парень, Глеб, приятель Москвича с Георгием, изображал танец шамана со второй девушкой в этой компании. Оставшиеся двое прыгали через костер и били друг друга палками в кровь.