Ангел по имени Боб

Он наполовину человек, наполовину…

– Гусь! – крикнул узник из деревянной клетки. Тот нашёл способ как получать удовольствие от заключения – издеваться. Он привык есть сырую картошку, на угрозы плевал, а если кто-то пытался его вытащить, то он предварительно натирался картофельными очистками, выскальзывал из захвата попов и убегал.

Кто-то похихикал, но в общей сложности прихожане сдерживались. Тем не менее батюшка понимал, что в начале было семя, а затем дерево, но конкретно в том случае кроме как кинуть картошкой в заключенного ничего не мог.

– Наш ангел наполовину человек и настолько же божество. Он из плоти и крови и страдает как любой из нас. Нам надлежит защищать его, дабы в Судный день он защитил нас и проводил через райские врата.

Мы с Леонид Семёновичем лежали на чердаке и в реальном времени наблюдали, как сомнения проникают в толпу. Сверху это выглядело, как змейка на старом телефоне (Библия-эдишн, со Змеем Искусителем в главной роли), где съедобными точками были головы верующих.

В рассказе про монашку была единственная достоверная деталь. Она действительно что-то прошептала мужику у рва. С того дня он больше ни с кем не говорил, порождая собой слухи. Я слышал разные версии. Монашка предсказала смерть мужика. Или доказала, что я – сын Сатаны. Мне понравилась та, где она назвала мужика педиком, и тот заплакал. Слабенький просто человек.

Как бы то ни было Юлия что-то сказала и это знала вся паства.

– Папа приближается! – предупредил батюшка. – Стена сгорела в дьявольском огне подшей женщины.

– Кто здесь ещё падший? А? – хихикал заключённый и зашвырнул картошкой в крышу, как раз туда, где лежали мы с Леонид Семеновичем. Я дернулся и несколько обожженных перьев с моих крыльев полетели на поднятые головы прихожан.

– Замолчи, божевольный! – выругался батюшка и заключённый заржал.

– А у меня ствол есть! – радостно выкрикнул подросток с поднятой рукой.

– Молодец, сын Божий! Пойдёшь в первых рядах!

– ЕС! – обрадовался парень. Из ряда впереди к нему повернулась женщина в белой косынке с красным узором по краям.

– Патроны есть хоть? – спросила она.

– Нах они мне?

– Не теряйте время, братья и сестры! Вперёд! – прокричал батюшка.