Возвращение Дестри

На бывших приятелей присутствие Гарри в салуне действовало как-то угнетающе: веселье понемногу стихло, сами собой увяли разговоры. Вот разошлась одна компания. Следом за ней последовала другая, потом еще и еще. В конце концов, ведь это не единственное место в Уоме, где можно выпить и повеселиться, зато там никто не будет нагонять тоску. Увы, эти люди не понимали, что куда сильнее тоски их гнал прочь безотчетный ужас перед тем, как низко, не выдержав бремени унижений, может пасть некогда храбрый человек!

Хозяин салуна вовсе не был ни злым, ни жестоким, но и у него вырвалось невольное проклятие, когда он вышел в зал и с удивлением обнаружил, что тот опустел, а возле стойки больше не теснятся подвыпившие завсегдатаи.

– Ты, послушай! А ну, допивай и выметайся отсюда!

– Конечно, – кивнул Гарри и уставился на кабатчика все с тем же робким, застенчивым видом, который привел того в некоторое замешательство.

Вдруг из дальнего конца зала прогремел чей-то голос:

– Эй, оставь его в покое! Неужели не понятно, что у бедняги не все в порядке с головой?

– Меня от него тошнит, – проворчал хозяин с притворным отвращением, которого он вовсе не испытывал.

Вернувшись за стойку, он плеснул себе виски, за которое тут же и расплатился. А в это время верзила, сидевший в дальнем конце зала, двинулся к Дестри и, неуклюже пробравшись между столиками, заговорил с ним.

– Не слышал, Венделл в городе? Не знаешь, случаем, где он живет?

– Спустись на два квартала вниз по улице и увидишь огромный дом с большой каминной трубой – это он и есть.

– В самом деле? А дом Оррина как раз напротив, не так ли?

– Нет, Оррин переехал. Он теперь живет немного дальше вниз. А напротив него – Кливс.

– Да что ты! Ведь они с Вильямсом большие приятели.

– Так оно и есть.

– А Вильямс тоже в городе?

– Да. Он снимает номер в отеле «Дарлингтон».

Верзила поднес стакан к губам и вдруг поперхнулся.

Гарри проследил за его взглядом и с содроганием увидел то, что так часто являлось ему в ночных кошмарах. Как раз в эту самую минуту братья Огден, горланя и пересмеиваясь, широко распахнули дверь и ввалились внутрь. Первое, что они заметили, оказавшись в салуне, – было бледное лицо Дестри.

Есть вещи, которые ясны как день.