Остаться в живых

Он догнал меня, сгреб обеими руками под локти, и я увидел прямо перед собой искаженное болью и страхом лицо.

– Пуля не зацепила тебя, сынок? – с тревогой в голосе спросил меня Лэнки.

– Она просвистела рядом – у самой щеки, обдав ее струей воздуха, – все еще дрожа, ответил я, – но никакого вреда не причинила.

– Слава Богу! – облегченно вздохнул Лэнки. Отпустив меня, он приложил руку ко лбу. – Минутку…

Лэнки обернулся и голосом, в котором явственно звучали металлические нотки, потребовал ответа:

– Кто кричал «руки вверх»?

Мы молчали.

Ни единой улыбки вокруг – еще бы! Потом, немного помедлив, откликнулся-таки Джефф Порсон:

– Ну, земляк, это был я.

– Ты? Это ты крикнул? – переспросил Лэнки, не скрывая удивления.

Он подошел к Джеффу Порсону поближе и остановился перед ним – высокий, прямой, собранный. От былой неповоротливости не осталось и следа. Даже голос звучал, как никогда, твердо и жестко.

– Все это напомнило мне одну историю, – отчеканил Лэнки, – но историю слишком длинную, чтобы рассказывать ее сейчас.

Она – о куче балбесов, и самым большим дураком из них оказался старший.

Смелый разговор, ничего не скажешь! Да, таких слов старому Порсону давненько не приходилось слышать, уж будьте уверены. Он не нашел что ответить и только плечами пожал.

Лэнки резко развернулся и зашагал к конюшне. Мы же потопали к дому, собираясь наконец поужинать, и по дороге никто не проронил ни звука.

Мы как раз умывались под насосом, когда Лэнки, притрусив на медвежьей, как он ее называл, лошади, остановился сзади и соскользнул с седла.

Он обошел всех нас по кругу, каждому пожимая на прощанье руку. Я спросил, не останется ли он хотя бы поужинать напоследок, но Лэнки отрицательно помотал головой.

– Тень смерти коснулась меня, – сказал он, и улыбка исчезла с некрасивого, но такого знакомого лица.

Проходя мимо Джеффа Порсона, Лэнки пропустил его, не подав руки.

Надо отдать должное старику Джеффу – на сей раз он повел себя как настоящий мужчина, к чему у него, впрочем, хватало оснований.

– Я был не прав, Лэнки, – признался он. – Я был чертовски не прав, и прошу меня простить.

– Все в порядке, – кивнул наш долговязый друг, – чего я никак не мог бы сказать, лежи сейчас наш юный Грэй носом в землю с пробитой головой.

Дэн Порсон в последний раз попытался уговорить Лэнки остаться с нами, но тот ни в какую не хотел задерживаться – даже просто поесть.