Новичок

Аллан чувствовал, что они ощупывают его взглядами с ног до головы, следят за тем, как легко он дышит, изучают гладкие выпуклости тех таинственных жгутов мышц, что обвивали его руки и мощными пластами лежали на груди и плечах. Но ни один не подошел и не сказал ни слова – ни одобрения, ни порицания. Их взгляды напоминали Аллану взгляды детей, наблюдающих в зоопарке за спящей в тени за сеткой черной пантерой – густым чернильным пятном в окутав шем ее мраке.

Но вот Кэйзи, не проронив ни звука, взял его за руку и повел обратно в свой кабинет.

Лицо тренера было бледно, губы плотно сжаты. Он оглядел Аллана с головы до ног, бормоча про себя:

– Я… я не понимаю… Я не знаю, откуда это… Что ты чувствуешь вот здесь? А здесь?

Твердыми пальцами он ощупывал челюсть и тело Аллана в тех местах, куда попали сокрушительные удары Бада.

– Ты что, ничего не чувствуешь? – спросил он, ошалело глядя на Аллана.

– Конечно, чувствую, – произнес молодой человек. – У меня сильно болит ссадина на подбородке.

– У него сильно болит ссадина на подбородке! – передразнил Кэйзи.

 – О, дьявол! Неужели ты ничего не ощущаешь вот здесь, на челюсти? Или там, где он попал тебе в живот?

– Боюсь, что нет…

– Ты – боишься? Так топор боится леса! О чем ты сейчас думаешь?

– Когда я буду драться в следующий раз.

– Тебе хотелось бы подраться еще?

Аллан вздохнул. В его памяти снова и снова прокручивался весь этот бой. Он отчетливо видел весь поединок до мельчайших деталей, точно так же, как был способен с ошеломляющей скоростью пробежать взглядом столбцы цифр и выдать результат без единой ошибки.

Аллан заметил, что Бад только в самом начале сильно наседал на него. Нужно было уклониться, поднырнуть под руки Бада и самому коротко, резко ударить в корпус нападающего. А что было бы, если бы он ударил Бада в лицо, когда тот опустил почти до колена правую руку перед прямым ударом в челюсть?

– Мне бы хотелось еще раз повторить этот бой, – сказал Аллан. – Я вижу теперь так много моментов, когда мог легко достать его…

Несколько минут Кэйзи озадаченно молчал.

– Ты знаешь, кто такой Бад? – спросил он наконец.

– Нет.

– Он профессионал в тяжелом весе. Восемнадцать боев. Четыре победы по решению судей, два нокдауна и двенадцать нокаутов! Он никогда не проигрывал – никогда! И теперь – вот это! За один раунд!!!

– Конечно, это длилось довольно долго, – озабоченно сказал Аллан. – Но я же только начинающий, вы ведь знаете. И если…

Падди Кэйзи застонал.