Клон Гения

Соянов улыбнулся и задал вопрос:

– Может, вначале объясните, куда вы меня тащите?

Спустя час Соянов сидел в просторном кабинете и наблюдал, как за окном медленно падал первый снег. Задумавшись, он произнес вслух:

– Эти идиоты искренне верят в то, что я соглашусь работать на антисоциальную систему?

Дверь открылась, и на пороге показался сутулый седой мужчина в строгом костюме. Подойдя к Соянову, старик выпрямился и произнес хрипловатым голосом:

– Здравствуй, Анатолий! Как же ты повзрослел, возмужал!

Соянов замер, как будто молнией пораженный, а затем вскочил со стула и крикнул:

– Дядя Гриша!

Старик расплылся в доброжелательной улыбке и, кивая, смахнул скупую слезу.

– Сколько же мы не виделись?

Старик, покачиваясь, ответил:

– Четырнадцать лет без малого, после того злополучного бунта!

Соянов отпрянул от него и начал объяснять:

– Старший группы сказал, что видел, как тебя укладывали на носилки.

Григорий, опираясь на трость, ответил:

– Да, в тот день я получил два огнестрельных ранения: первая пуля попала в плечо и прошла навылет, вторая повредила колено.

Соянов пожал плечами и спросил, рассматривая кабинет:

– Тебя здесь насильно удерживают?

Не дождавшись ответа, Анатолий продолжил:

– Ничего, не пройдет и недели, как мы с тобой отсюда свинтим.

Григорий усмехнулся и произнес:

– А не боишься так открыто об этом говорить? Нас могут прослушивать.

Соянов, прогуливаясь по кабинету, громко сказал:

– Пусть слышат! Ровно через неделю мы отсюда сделаем ноги! Да так, что наши ноги им винтами от вертолета покажутся! – Он наклонился к уху Григория и прошептал: – На самом деле мы рванем этой ночью…

Григорий рассмеялся.

– Да… Каким ты был бесшабашным, таким и остался… Как же я рад нашей встрече!

Анатолий схватил его за плечи и, встряхнув, с задором проговорил:

– Я тоже рад! Ты даже не представляешь, каких дел мы с тобой наворотим, дай только срок.

Григорий кивнул, серьезно посмотрел на Анатолия и задал вопрос:

– А если я тебе скажу, что никто нас здесь насильно не удерживает?

Тот с удивлением посмотрел на старшего товарища.

– В смысле? Получается, что мы можем хоть сейчас отсюда уйти?

Григорий положил на стол паспорт и деньги, а потом сказал:

– Да, ты свободен. Здесь новый паспорт и небольшой капитал. По моей просьбе все твои прошлые грехи администрация этого заведения списала вчистую, теперь ты невинен, как новорожденный.