Чужак

Воздух в нем провонял дешевым табаком, который курили из допотопной трубки. Горничная еще не убрала кровать, и Шерри подумал, фыркнув с отвращением, что моряк, должно быть, проспал всю ночь в такой атмосфере.

На стене напротив кровати висела фотография быстроходного парусника, которую моряк мог видеть, ложась вечером спать и просыпаясь утром.

Фотографию, вероятно, увеличили очень давно. Края ее потрескались и завернулись от длительного использования, а посередине снимка проступала явная складка. Все равно это была волнующая вещь, так как показывала подгоняемый бурей парусник, который опасно накренился под напором ветра, однако упрямо сохранял вертикальное положение основного паруса.

Он только мгновение полюбовался этой картиной, потом прочитал под нею надпись: «Титания» уходит в плавание!»

Малыш где-то слышал об этом суденышке – знаменитом паруснике чайного флота, превратившегося впоследствии в отважного и надежного ветерана, перевозившего товары из Англии на западный берег Америки всегда рискованно и быстро.

Но ему надо было подумать о других вещах. Возможно, Феннел плавал на «Титании», однако в информационном отношении это было ничтожно мало. Шерри тихо поднял вверх оконную раму и приоткрыл ставню. От земли было не очень высоко, а спортивный человек мог воспользоваться водосточной трубой, спускавшейся с крыши и проходившей вниз как раз около этого окна.

Удостоверившись, что в случае необходимости к моряку можно будет забраться с улицы, Малыш прикрыл ставню, опустил раму и опять занялся комнатой.

Здесь все было в беспорядке. На комоде лежал ремень с большим ножом в ножнах, несколько почерневших и потрескавшихся трубок. Дерево так прогорело от пепла, будто из них курили во время многих штормов на море. Рядом валялись голубовато-желтый носовой платок, порванная газета, несколько коробков спичек. На столике в углу стояли две бутылки – одна совсем пустая, а в другой еще осталось немного виски – и высокий стакан с отбитым верхом, осколки которого рассыпались по полу.

Этот ужасный беспорядок, несомненно, таким не казался и вполне устраивал человека, который провел большинство ночей в носовом кубрике корабля.

Под конец Шерри увидел сундук моряка из сосновых досок толщиной в три четверти дюйма, покрашенный в черный цвет, с бронзовыми опускающимися ручками и поднимающейся крышкой.