Чужак

 – Давай про что-нибудь другое! Тебе бы выступать в концертном зале, Малыш!

Лю Шерри как ни в чем не бывало затянул другую песню, а может быть, другой куплет из той же:

Был косматый оборванец Джим горлопан,

Он мог реветь сильнее буйвола, ей-ей;

Он ревел целыми днями и ночами,

И думаю, продолжает реветь поныне.

Однажды ночью Джим свалился в шахту,

Вопиюще скверно построенную.

И в этой скважине излил криком всю душу

В дни памятного сорок девятого года.

– С меня хватит! – остановил его Пит Ленг.

Ковбои не торопясь объехали где шагом, а где легкой трусцой остановившееся на ночлег стадо, иногда мягко посвистывая, время от времени напевая пару куплетов из какой-нибудь песни. Отъевшиеся, потолстевшие бычки успокаивались под эти знакомые звуки, исходящие от людей, которые охраняли их от опасностей – волков да горных хищников, и спокойно засыпали, словно лежали не под открытым небом, а за надежной стеной, укрывающей их даже от ветра и далеких звезд.

Потом погонщики съехались, позволив своим мустангам коснуться друг друга мордами.

– Судя по освещению, этот Клейрок вроде бы неплохой городок, – заметил Малыш Лю.

– Мне приходилось под этими огнями пробовать местное пойло, – отозвался Пит Ленг. – Чудовищная красная бормотуха! Совсем не годится для молокососов, ее могут пить только бывалые выпивохи. Тебе, Малыш, лучше держаться от нее подальше.

Лю Шерри протянул руку, крепко схватил напарника за шиворот, затем приподнял его на целый ярд над седлом и некоторое время подержал.

– Ну что, теперь можно позволить тебе шлепнуться? – тихо спросил он.

– Ты еще поплатишься за это! – тоже негромко, чтобы не потревожить бычков, пригрозил Пит Ленг.

Малыш опустил его обратно в седло.

– Я ужасно давно ничего не пил, – признался он. – Наверное, внутри все уже покрылось ржавчиной, эдаким слоем толщиной в два дюйма, а песка накопилось больше, чем в пустыне. Пит, пара черпаков красноватой бормотухи в моем желудке не издадут даже всплеска!

Пит Ленг причмокнул и предложил:

– Послушай, ступай и опрокинь в себя парочку черпаков.

Здоровяк окинул взглядом стадо. Бычки спокойно лежали на земле, в полнейшей ночной тишине лишь изредка раздавался негромкий звук удара рога о рог или свист взметнувшегося хвоста.