Конец изоляции

Петров был одет по-простому, без излишеств – сапоги, штаны из грубой ткани, рубаха, да жилетка; но при этом носил на шее золотой амулет, изображающий ревущего медведя, стоящего на задних лапах – символ его власти.

– Что тебе от меня нужно? – спросила Надя, оставив слово "урод" за скобками.

– Мне нужна твоя помощь, – спокойно сказал Петров.

– С чего это я должна тебе помогать? Вы, сволочи, забрали меня у моей семьи! Я даже не знаю, что теперь с ними! – говоря это, она сжала покрывало так сильно, что на кулаках побелели костяшки.

– Мне жаль это тебе говорить, но все они погибли. Когда мои люди нашли вас, в лагерь ворвался фуражир и уничтожил всех. Тебе повезло, что Славе и в этот раз не изменил его особый талант к выживанию.

– Я тебе не верю! – гаркнула Надя. – Посты так не работают!

– Ой, ли? – спросил Петров. – Тридцать лет назад, когда я был ещё пацаном, я видел совсем другое.

На самом деле, Надя обдумывала такой сценарий. Она увидела фуражира и поэтому убежала. Наверное, инстинкт сработал не просто так.

Эти суперлюди очень опасны. Но по её наблюдениям они не были склонны к агрессии ради агрессии. Если фуражир и убил Стаса и Виталю, то только потому что не признал в них мирных иммигрантов.

– По сути, Слава спас тебе жизнь, – заключил Петров.

– Спас мне жизнь?! – взорвалась Надя, не выпуская однако из вида пистолет в руках барина. – Твои отморозки и стали причиной нападения фуражира!

Хозяин пожал плечами и сказал:

– Даже если так, они заплатили за это жизнью. Всех их, кроме Славы, разрубил в мелкую капусту киборг-убийца, – Петров горько усмехнулся.

 – Наверное, не этого ты ждала, когда рискнула воспользоваться окном иммиграции? Я и сам потерял дочь несколько месяцев назад. Пропала без вести… Уже и не надеюсь… А ну-ка, сядь! Хорошо. Не будем усложнять и без того сложную ситуацию. Как я, например, объясню семьям моих бойцов, что они погибли, спасая тебя из лап постов? Тебе придётся отработать наше вложение и доказать людям, что ты особенная.

– Ни хрена я не буду для вас делать! – отрезала Надя.

Барин пожал плечами и сказал:

– И почему сразу такое отрицание своей общественной функции? Я же не прошу тебя вкалывать на полях – для этого существуют крестьяне. Мне нужно…

– Я знаю, что тебе нужно!

– Да?! – вскинув брови, спросил Петров. – Расскажи, не держи в себе.

Надя кивнула на пистолет.

– Тебе нужно, чтобы я сделала для тебя оружие.

Казалось, барин был разочарован ответом.

– Зачем? – спросил он.